Запах джунглей человеческим носом ощущался совсем не так, как у формикадо. Я осмотрелся. Джунгли и джунгли…

— Сигма-один на связи! Куда двигаться? — спросил я.

— С каких это пор ты Сигма-один? — ворвался в эфир голос Славика. — Это я Сигма-один!

— Не успел, неудачник! — ответил я сам себе.

— Прекратить трёп не по делу, — чуть ли не синхронно прервали меня генерал и принц.

— Есть!

— Так точно!

Нашли, блин, солдата командиры хреновы. Удивившись сам тому, насколько пренебрежительно я позволяю себе думать о принце, я перевёл взгляд на экран коммуникатора. Сейчас там на карте был проложен маршрут до нашей «гробницы». Мы побежали.

Через пятнадцать минут мы были на месте. Кое-как замурованная пещера. Я волновался. Не мог сам себе объяснить, почему. Молча приступил с разбору завала, Акуна мне помогала, принимая камни и откидывая их в сторону.

— Гамма, подгони к нам бот вплотную. Слишком долго тащить тела будет, — попросил я, отбрасывая последний камень.

Мы с Акуной зашли внутрь тесной пещерки. Да… Тела, конечно, выглядели так себе. Шестнадцать лет не прошли даром. Никаких механических повреждений или разложения не было, но грязь покрывала тела толстым слоем. Очень странные эмоции я испытывал глядя на настоящего Пятого. Да и Четвёртый вызывал какие-то трогательные чувства.

Прикоснувшись к броне Пятого я вдруг ощутил это прикосновение с двух сторон. И Пятым, и Димоном. Да, Пятый был законсервирован, все жизненные и обменные процессы замедлены многократно, но это моё тело. Оно живое и готово мне подчиняться так же, как человеческие тела. Просто надо вывести его из режима консервации.

— Бери здесь и здесь. Выносим! — я показал, за что хвататься, и мы вынесли тело Пятого наружу. За ним последовали Четвёртый и Гамма. Тела, конечно, основательно полегчали, но даже так Гамма весил прилично.

Акуна с огромным интересом разглядывала тела формикадо.

— А какое из них твоё? — спросила она.

— Вот это, — указал на Пятого.

Бот вот-вот должен был подлететь поближе, Акуна продолжала глазеть на Пятого. Я видел, что она обращает внимание на всякие царапины и сколы на броне.

— Ты много воевал?

— Да. Даже чересчур, наверное. Но такова моя роль в семье. Были моменты, когда удавалось по Пятиборью тренироваться, тогда я выступал как спортсмен. Даже абсолютным чемпионом был полтора раза.

— Как это полтора раза?

Я вкратце рассказал, как смухлевал и победил, а потом как победил честно.

— Сигма-один, отставить разговоры не по делу, — остановил меня принц. Даже удивлён, что он до конца эту историю дослушал. Видимо, ему самому любопытно было.