Посмотрели. Я делал вид, что очень интересно, в принципе, так и было, но всё это я знал, пусть и основательно подзабыл. Хорошее, удобное оружие.

— Долго лететь ещё? — спросила Акуна, когда мы просмотрели все инструктажи.

— Нет.

— Теперь расскажешь, как у вас в армии все устроено? — спросил Славик.

— Да. Вас интересует, почему я такой бодрый боец, а не сидящий в тылу генерал?

— Да.

— Немного про армию вообще. Все звания упоминать не буду, но есть категории званий. Это солдаты, офицеры, герои, стратеги, лидеры. Офицеры и солдаты — там всё просто. Поднимаешься по званиям и переходишь из одной категории в другую: стал мастер-старшина лейтенантом — перешёл из солдат в офицеры. После офицеров идут старшие офицеры. Полковник, мастер-полковник, гранд-полковник, легат, гранд-легат. Так вот они могут получить за заслуги приставку «герой» к своему статусу. Начиная с генерала-лейтенанта идут ещё более старшие офицеры. Они за заслуги могут получить статус «стратег». Я на звание старше генерала-лейтенанта — просто генерал. Но приставка за мной осталась ещё со времён, когда был легатом. Вот я и получаюсь генерал-герой. Могу стать «генерал-герой-стратег»… В общем, примерно так. А насчёт моей боевой подготовки всё просто. Это на этой планете тела с нулевой эволюцией разваливаются на части, не начав толком жить. Поэтому поднявшийся в чинах военный уже обычно в возрасте. У нас же ничего не мешает получить средства для улучшения носителя.

— Да не всё так просто, Тао! — перебила Акуна генерала. — Носитель армейским трудно нормально улучшить. Вам столько искусственных усилителей вшивают, что потом Оранжевые Ранги ничего сделать не могут — говорят, проще с нуля начать. А дорогое тело не выкинешь. Большинство не то, что героев, а стратегов и лидеров, имеет носитель второй эволюции с кучей модернизаций. А у тебя третьей.

— Ну, не буду вдаваться в детали, как я все эти барьеры преодолел, но действительно в итоге я неплохо прокачал свой носитель. Но не в этом дело. Я стал руководителем центра по подготовке бойцов для специальных операций. Иногда, чтобы не отставать от жизни, выезжал на оперативные задания сам. В основном мы готовили уже профессионалов из других подразделений, а моё собственное понемногу таяло. В итоге я остался генерал без армии, но со званиями, статусом и известностью. Так как часто был лицом, ответственным за операцию.

— Так специальные операции же не афишируют, почему ты такой известный, что тебя в лицо знают.

— Обычно да, но некоторые не афишировать нельзя. Они тайные на момент планирования и оперативной работы, а вот потом надо хвастаться результатами. А я несколько раз весьма основательно засветился ещё до генеральства, поэтому моё лицо везде транслировали, если я хоть немного участвовал в операции. В принципе все довольны. Меня везде хвалят и награждают, но реальной вооружённой силы за моими плечами нет. Наш центр совсем небольшой. Пятьсот человек сотрудников, из них подготовленных бойцов не больше ста. Для огромных масштабов Империи — это даже не капля в море, а молекула в океане. Зато у нас материальная база отличная… — генерал сделал паузу, не зная, что ещё про себя рассказать. Потом продолжил, уже больше рассуждая для себя, чем что-то объясняя нам. — Я очень удобный человек, занимающий своё место. Власти и оружия у меня нет. Желания их получить тоже. Я военный специалист. Армии удобен тем, что я военный, по-настоящему участвовавший и участвующий в боевых действиях, а не пресс-секретарь в форме. У нашего центра отличная репутация. Меня все знают, многие уважают. Не любят меня только те, у кого аллергия на насилие, но они как раз и не опасны. Кому могло понадобиться так радикально меня убирать и захватывать моё тело?