– Но я не была такой в свое время, надо же было когда-то начинать, – буркнула я.
– Согласен, ты была послушным ребенком.
– Я была как игрушка, которой командовали, – вырвалось у меня.
От обиды жгло глаза. Несмотря на кое-как установившийся мир в семье, мне вдруг стало невыносимо здесь находиться.
– В ту ночь, когда ты напилась, я был очень зол на тебя. Да и сейчас не рад твоему поступку. Надеюсь, ты не собираешься вставать на кривую дорожку и регулярно выпивать в клубах?
– Думаю, после того как меня мутило весь следующий день, я вряд ли захочу повторить этот опыт.
– Хоть так, – кивнул отец. – Я был в ярости. Ты сбежала, мы с мамой не могли тебя отыскать, ты перестала выходить на связь. Мама пыталась успокоить меня, убеждая, что ты немного потанцуешь в институте и вернешься. А потом пришел Тимофей и рассказал, что вы поссорились и ты сбежала. Представляешь, как мы испугались?
Я опустила голову.
– Тогда в коридоре ты не дала мне и слово вставить. Теперь-то ты понимаешь, что никакой измены не было?
– Понимаю, папа, – вздохнула я. – Но и ты пойми: у меня не было свободы, всю мою жизнь – один только контроль. Ты весь такой правильный. А тут какая-то тетка… Это теперь я знаю, что она действительно моя тетя, а не просто какая-то женщина, участвующая в разладе нашей семьи. Но когда я думала, что ты изменяешь маме, я ненавидела тебя. Всю жизнь мне приходилось слушаться тебя, и не всегда я была согласна с твоими методами. А в какой-то момент мне и вовсе показалось, что моя жизнь – иллюзия. Словно в ней нет ничего настоящего. Я даже не могла понять, кто я на самом деле.
Впервые я говорила с отцом так открыто. Раньше у меня бы духу не хватило на это, но сейчас… Мне надоело бояться. Пора действительно менять свою жизнь.
– Ты прав, – я посмотрела ему прямо в глаза, не испытав при этом ни капли страха. – «Показательные выступления» не делают меня взрослой. Но вот решимость поступать так, как я действительно хочу, при этом оставаясь разумной, – думаю, можно назвать важным этапом взросления, ведь так?
Отец внимательно слушал меня, и я, вдохновленная этим, продолжила:
– Я всю жизнь чего-то боялась. Вы оберегали меня буквально от всего – понятно, переживали, что со мной может что-то случиться. Но знаешь, что произошло в итоге? Вы оберегали меня от самой себя… Так вышло, что в девятнадцать лет я не знаю, кто я. Согласна, что забирать документы из института из-за обиды совершенно неправильно. И я не собираюсь бросать учебу. Но мне нужно стать взрослой. Понять, чего хочу именно я. Понимаешь?