Нет, я все еще не могла доверять этому парню. Поблагодарив Тима за полотенце, заскочила обратно в ванную и захлопнула дверь.
Глава 40
Выйдя из душа, я уловила запах яичницы. Желудок предательски заурчал.
– Голодная? – спросил у меня Тим, выглянув из кухни.
– Есть немного. – Я смущенно опустила глаза.
– Проходи тогда, будем завтракать.
В длинной футболке и спортивных штанах Котовского я ощущала себя несколько комично. Из-за разницы в росте одежда парня на мне болталась. И если футболка смотрелась еще ничего, то штаны пришлось подворачивать, причем несколько раз.
– Спасибо за одежду, но штаны мне, конечно, великоваты.
– Да? Жалко. Я специально нашел те, которые носил еще в школе. Думал, они поменьше будут.
– Ничего, все в порядке, это ведь ненадолго. – Мне стало стыдно за мои капризы.
– Садись за стол, завтрак готов.
– Ты сегодня такой…
– Какой? – Тим замер и внимательно посмотрел на меня.
– Не знаю, я не могу подобрать слов.
– Ты – и не можешь? Удивительно!
– Да, сегодня много чего удивительного происходит. – Я слабо улыбнулась.
Котовский включил телевизор, и наш завтрак стал еще веселее. Мы смотрели какую-то передачу, ели, смеялись и просто хорошо проводили время. Я даже успела забыть обо всех невзгодах – стало так легко на душе.
Но, как известно, всему приходит конец. Передача завершилась, завтрак был съеден, а на кухне повисло неловкое молчание. Я понимала, что мне пора. Ведь какой смысл оставаться здесь? Котовский помог мне, отвез к себе, а не к родителям, я поспала, поела и даже привела себя в порядок. Пора и честь знать.
Вот только мне не хотелось уходить. И дело было не только в надвигающемся разговоре с отцом. Дело было в Тиме…
– Ну, я пойду. Спасибо тебе за все, и за то, что из клуба забрал, тоже.
– Да не за что, Тась. Ты точно решила идти?
– Домой? Ну да, куда же мне еще деваться? Придется.
– Мое предложение пожить здесь все еще актуально, – тихо произнес он.
– Тим, я боюсь…
– Я же говорил, что приставать не стану.
– Я боюсь тебе доверять, – едва слышно призналась я.
– Тася, но я сказал тебе правду. Как еще мне это доказать?
– Боюсь, что никак. Пойду переодеваться.
– Ты можешь пойти в этой одежде, я дам тебе свою ветровку.
Я вспомнила о помятом платье, драных колготках и потерянной где-то джинсовке. Котовский был прав: даже в штанах с кучей подворотов я смотрелась приличнее, чем в своем прежнем образе.
– Хорошо, спасибо. Постираю и верну их тебе после каникул.
– Хорошо, Тась. Я тебя провожу.
– Только до двери.
– Но твои родители и так знают, – растерялся Тим.
– Дело не в них. – Я вздохнула. Признаться честно, и сама не понимала, почему поступала именно так.