Сердце уже не частило, я успокоился. Нет, это не шанс, что дало мне Небо. Я уже нашёл своё место в этом поместье. Я ощущаю Вуаль почти на грани постижения, а сегодня ночью можно и вовсе не спать, пользуясь тем, что я могу восстанавливать энергию в средоточии. Мне нужно лишь научиться использовать шесть узлов непрерывно, довести Звёздный Клинок до конца и сжимать в руках рукоять Верного при этом. Три шага. Какой-то поменьше, какой-то побольше. Но всё вполне осуществимо. Рисковать я не буду.

Вместо этого я вглядывался в лица Аймара и Лира. Если старший из клана Гарой был совершенно спокоен и почти недвижим, напоминая статую или… Я даже вздрогнул от этого сравнения. Или духа. Но этого не могло быть. У духов яркие глаза и нет стихийной окраски волос, а я отчётливо вижу почти белые пряди. Но глаза от Лира я отвёл с трудом и дальше избегал глядеть на него, всматриваясь только в Аймара.

Теперь я знал больше о нём и его семье, помнил, что он дядя, пусть и не родной, Домару, а потому невольно искал сходство с ним же. И что удивительно, находил. Если Домара в приступе ненависти я прозвал «птицеголовым» за его манеру кивать, словно он клюёт что-то, то Аймар лицом ещё сильнее напоминал какую-то птицу. И не просто птицу, а птицу опасную, невзирая на приятного, спокойного голубого цвета пряди в волосах. Через несколько вдохов я, невольно покосившись на Лира, понял, кого же он напоминал. Жулана. Ту птицу, что охраняла вход в Миражный, служа каким-то испытанием вилорцев.

У Аймара мясистый нос и такой же подбородок. Чуть вытянутые вперёд, они казались распахнутым клювом, тонкие губы терялись на его лице. Да ещё и глубоко посаженные глаза. А главное — полосы на обоих висках были чуть светлее остальной кожи лица. Точь-в-точь как полоса окраски на голове у Жулана. Вот это да. Я покачал головой, вторя своим мыслям. Надеюсь, он хотя бы характером не похож на Зверя, которого прозывают Мясником.

С грохотом распахнулась дверь. В зал ворвался Кирт, разъярённо зашипел:

— Тварь, прочь от окна!

На этот раз технику я принял на Покров. Стена, в которую я влепился, жалобно хрустнула. Спустя миг Кирт перенёсся через весь зал, дёрнул меня за плечо, оттаскивая от окна. Успокоился он только оттащив меня обратно к дверям. Я сидел возле них, а он стоял в шаге от меня в коридоре, следя сразу и за мной, и за входом в Павильон.

Не знаю, сколько мы так просидели. Может быть, тысячу вдохов или чуть больше. Ворота Павильона еле слышно «вдохнули», и я понял, что ожидание закончилось.

— Где он⁈

Кирт шагнул в сторону, освобождая путь, и указал на меня рукой: