— В общем, держи хвост пистолетом, — похлопал его по плечу Проводник.

— Я не собака, — насупился Кипп.

…

Хождение по таким навалам — очень специфическое занятие. Мы молча шагали первые пять минут, потом оба остановились, синхронно нацепили снегоступы.

Снегоступ штука простая, куда проще лыж. Просто сетки, которые вешаются на обувь, чтобы увеличить площадь опоры. Опорная середина, куда ставится ботинок, фиксирующие ремни. Чем проще, тем реже ломается. А сломается, ну что же, новые делаются из подручных материалов.

Беда была в том, что в этом буреломе снег был всех видов. И окаменелый в лёд, перепутанные слои наста, мягкий сыпучий «песочек», в который легко провалиться и даже свежий, пушистый снежок. Снегоступ позволял не проваливаться во все виды снега, хотя панацеей, безусловно, не был.

Снегоступ Проводника был сложнее, это была целая пластиковая пластина, ровная, с кустарными, но очень качественными фиксаторами.

— Я смотрю в тех местах, где ты живешь, есть производство?

— Не обижайся, Странник, но я не особо люблю рассуждать про общины, которым помогаю. Некоторая секретность. В качестве баланса, не спрашиваю у тебя про твоих. Хотя если ты что расскажешь, послушаю.

— А что тут скажешь. Просто люди. Работяги, студенты, водители, дворники, колхозники. Даже парочка представителей научной интеллигенции есть.

— А офисный планктон?

— Те, кто захотел выжить… Переучивались. В новом мире нужно уметь что-то полезное. Когда ты юрист… Лучше б тебе уметь работать топором. Им пришлось туго. Ну то есть, всем пришлось несладко, но в разной степени. Легко переучиться, если ты привык к постоянной смене обстановки, к работе руками, к тому, чтобы сам за себя отвечать. Наш комендант инженер-энергетик, умеет работать руками, причём не только по проводам, а вообще по всему, включая человеческие лица. А я до всех этих событий был вахтовиком.

— А основная профессия?

— Бесценная по нынешним временам, я бетонщик.

Проводник негромко рассмеялся. Это смотрелось странно, что мы беседовали в уюте внедорожника, а потом как ни в чём не бывало, продолжили пока карабкались на пригорки, огибали торчащие в стороны стволы деревьев, которые природа вывернула с корнем, спускались в приямки и старались не провалиться если в этом буреломе образовались пустоты.

Мы использовали то, что любители эльфов и всякого толкиенизма назвали бы «лёгкие ноги». Мы двигались плавно, легко, не наваливаясь всем весом и не напрягаясь, чтобы можно было без проблем менять положение тела и переносить на новые точки опоры. Я использовал как посох свой бессменный топор, а Проводник, у которого, к слову, были неплохие составные лыжные палочки, только ноги и всё. И тем не менее мы достаточно быстро продвигались вперёд к своей цели.