— Воды только попить осталось, нечем рожу мыть пока. Не из лужи же… — буркнул сержант. — Сидите там со Сверчком в тепле, картофан как-то почистить умудрились.

— У нас колодец под боком, так что, как сменитесь, приходите. Хоть сполоснётесь чутка, ноги да рожи помоете, — говорю я.

— Это дело, — отвечает парень. — Всё, давай топай обратно, пока немчура не спалила. А то отоварят 155-м… Завалит к херам наш НП, с нами за компанию.

Разворачиваюсь и весь в предвкушении вкусного ужина, топаю обратно, в свой блиндаж. Ночь вступает в свои права, сумрак сменяется угольной чернотой. Пятна не растаявшего ещё до конца снега, кое-где в тенях у уцелевших заборов, выглядят словно призраки. Учитывая, что над ними клубиться туман.

Дуновение ветра и пахнуло мертвечиной из канавы. Там лежит парочка 200-х противника, оставшихся в посёлке с момента его захвата нами. Убрать пока не получилось и, их просто закрыли куском гофры от забора. А поскольку уже довольно тепло, они быстро завоняли.

— Блять! — шиплю я. — Весь аппетит испортили, вонючки грёбаные!

Свист в воздухе и я, дабы не искушать судьбу, прижался к куску стены разбитого артой дома.

Уже почти год я здесь. На этой войне. Которая, как бы и не война. Год, малый срок там, на гражданке, в мирной жизни и колоссальный здесь, в этом чистилище.

Жил себе жил, простой парень по имени Станислав Озорин, в большом посёлке Ноябрьское в Пермском крае. Был женат, но жена ушла, к мужику побогаче. Перебравшись из, как она сказала «Дыры на краю мира», в чуть большую дыру под названием Кунгур.

Я не сильно расстроился, как говориться: Если жена ушла к другому, то ещё вопрос кому повезло… В конце концов у меня остался отличный дом, большой огород, хорошая работа в центре ремонта сельхозтехники и любимые пёс с котом. Вот уж эти не предадут.

Рядом, двести метров по улице, жила мать. Батя… батю похоронили два года как. Угорел батя в бане, вместе со своим лучшим другом Колькой. Были бы трезвые, может и обошлось, но…

Вообще же водка сгубила кучу мужиков в его роду. Тот же родной дядька, Наиль, почти и не пивший. Но периодически, раз в полгода с ним случались казусы и мужик нажирался просто до зелёных соплей. Вот и тут, он, как обычно нализался и кой чёрт его дернул полезть чинить в таком состоянии его любимый трактор… нашли дядьку утром, под трактором, задавленным насмерть.

Тетка Глафира, жена его, да моей матери сестра родная и нашла, вернувшись с ночной смены.

Больше года уж, как похоронили. Как раз перед тем, как меня мобилизовали на похоронах и был.

Горевала тётка сильно, дети их, братья мои да сестра взрослые все, живут своими домами. Затосковала Глафира, пить было начала. Но, тут уж мать вмешалась, не стала ждать, пока водка и сестру родную сгубит. Взяла всё в свои руки, и живут они сейчас вместе, две вдовы в одном доме. Так хоть и не в глухой тоске и одиночестве. Две коровы, козы да кролики, плюсом мои пёс с котом. Есть о ком заботиться, пожилым женщинам.