— Ты пожалеешь, кузнец, сильно пожалеешь! — заорал он и, словно орк под шаманскими настойками, попер вперед, бестолково размахивая руками.
Честное слово, такое ощущение, что парень ни разу в жизни толком и не дрался, а ведь в империи очень популярна культура тела, аристократы соревнуются между собой, чей наследник лучше как боец, и всё в этом роде. Хотя, с другой стороны, Трубный не аристократ, его отец так и не получил звание полковника, а только они могли стать аристократами. В общем, пока Трубный показывал всё, на что он способен, я спокойно уходил от его атак и думал, что делать дальше. Главная проблема в том, что он все-таки одаренный, пусть и слабый, и для того, чтобы заставить его страдать, мне все же придется использовать часть своей силы. Прикинув всё, я демонстративно открылся и заметил в глазах крысеныша торжество. Он тут же воспользовался этим и врезал мне в челюсть, а потом схватил меня за шею. Прекрасно, именно это мне и было нужно. Развернув его таким образом, чтобы он был спиной к Орлову, я нанес два удара в область груди и еще два в живот. Каждый удар я сопровождал толикой силы, только на этот раз ее задача была не лечить, а калечить. После последнего удара Трубного скрючило, и мне хватило короткого тычка в висок, чтобы он рухнул на песок. Купол тут же убрали, и я отошел в сторону, а Трубным занялся крепостной лекарь. Стеновики поздравляли меня с победой, и на некоторое время меня закружили, а когда удалось выбраться из толпы, я вышел прямо перед отцом Антона. Красный от гнева бывший подполковник Трубный смотрел на меня налитыми кровью глазами, а его аура постоянно вибрировала, а дальше он просто нанес удар.
Огненный кулак, так, кажется, называли это заклинание в этом мире, небольшой столб концентрированного пламени, который врезался мне в грудь. Пришлось убрать силу, чтобы не показать свои настоящие возможности, и, уже теряя сознание, я с улыбкой подумал, что этот не очень умный человек только что себя закопал окончательно. А дальше была темнота…
Открыв глаза, я первым делом прогнал силу по телу и облегчённо выдохнул. Удар Трубного, конечно, сжёг мне мышцы, но ничего критичного, меня уже залатали. А вот новые каналы в теле ещё не восстановились, так что некоторое время придётся быть аккуратным.
— Ну что, голубчик, пришёл в себя? — перед глазами возникло морщинистое лицо, знакомое мне, это был крепостной лекарь. Он по-доброму улыбался, не знаю почему, но этот мужчина был вторым после коменданта, кто относился ко мне по-доброму.
— Пришёл, — хрипло выдохнул я и тоже улыбнулся, — сильно меня попортило?