Развернувшись в сторону зрителей, я развел руками, мол, извините, сделал всё, что смог. Купол тут же убрали, а ко мне подошел улыбающийся Орлов и протянул небольшой пузырек с фиолетовой жидкостью.

— Вот, выпей, придаст сил, — граф заговорщицки подмигнул мне.

— Зачем? — я удивился, но пузырек взял, хоть и не спешил пить из него.

— Не люблю тех, кто считает себя умнее всех, — серьезно ответил Орлов. — Пей-пей, обычное зелье бодрости, причем слабенькое, сильное бы тебя убило.

Я кивнул и все же выпил, и по телу пронеслась горячая волна, а мышцы зазвенели от количества силы в них. Слабое зелье, говоришь? Мне теперь даже стало интересно, какое оно, зелье сильное.

— Удачи, парень, — Орлов пожал мне руку, после чего покинул арену, а над нами с Антоном вновь поднялся купол, и я предвкушающе улыбнулся. Этого я так быстро не отпущу, ему придется страдать.

Граф Орлов отошел от барьера и, сев на стул, задумчиво глянул на свой золотой перстень одаренного. Однако все его мысли были далеко, сейчас он вернулся на четырнадцать лет назад, в тот день, когда он узнал о смерти своего лучшего друга, графа Кузнецова. Эту потерю он до сих пор не мог пережить, особенно если вспомнить, что виновные так и не понесли наказания. Новый же граф Кузнецов разорвал все отношения с родом Орловых, и с тех пор они не общались. Граф не просто так вспомнил про Кузнецова, этот парнишка Всеволод был чертовски на него похож, и когда он играюче выиграл первый бой, то в голову Орлова пришла безумная идея, которую он тут же поспешил проверить. Зелье бодрости, которое любого железного свалит с ног, парня просто приободрило, и Орлов с большим трудом сдержал изумление. Неужели после стольких лет поиска удалось напасть на след? Но Орлов привык не спешить, для начала нужно всё проверить и убедиться в том, что он прав. Вынырнув из своих мыслей, граф бросил взгляд на площадку и сделал это как раз вовремя, там всё как раз началось.

Купол.

— Признаю, кузнец, ты не слабый противник, — Антон сделал шаг вперед, и его аура еле-еле шелохнулась, — но против меня у тебя нет никаких шансов.

Я промолчал, так как не имел никакого желания говорить с этим подростком. Да, я в теле четырнадцатилетнего парня, но разумом и душой я стар. Можно даже сказать, что меня нельзя уже ничем удивить, но это было бы неправдой, удивить нельзя только труп, хотя и с этим некоторые силы вроде той же скверны могут поспорить. Тем временем Трубный резко прыгнул вперед, целясь мне в шею, видимо планировал задушить. Я же просто сделал шаг в сторону и выбросил вперед локоть, на который, собственно говоря, он и напоролся. Урод рухнул на спину, но сознания не потерял, и, перекатившись в сторону, тут же встал на четвереньки, а после и на ноги.