— Всеволод? — она недовольно фыркнула, — зачем пришел?
— Мне нужно знать, где обитает твой женишок. Ублюдок избил Егора, чуть не убил его, и я хочу посмотреть в глаза этой мрази и спросить, много ли чести в том, чтобы избивать того, кто слабее тебя.
— О чем ты говоришь? — Елена нахмурилась, — Антон не мог так поступить, он знает, что Егор — мой друг.
— Я был в лазарете, говорил с Егором, — сделав несколько шагов вперед, я навис над девушкой, — мне нужен адрес, только и всего.
— Я пойду с тобой, — неожиданно заявила она, — если все так, как ты говоришь, я должна лично посмотреть ему в глаза. Дай мне минуту, сейчас слуги подадут экипаж.
Я кивнул, а через несколько минут мы ехали в сторону небольшого трактира, по словам Елены, ее женишок часто там отдыхал с друзьями. Лично мне было плевать, как он отдыхает, у меня была одна цель, и я сегодня получу желаемое, так или иначе. Всю дорогу девушка выпытывала из меня, насколько все плохо с Егором, и в итоге я был вынужден признать, что она не такая уж и плохая, просто молодая дурочка, которая повелась на смазливую морду и рослую фигуру Трубного, вот и все. Хотя ей всего четырнадцать, и пусть тут люди довольно быстро становятся взрослыми, но, видимо, не все и не всегда.
Где-то через полчаса экипаж остановился у небольшого трактира, и я вошел внутрь, уже с улицы слыша голос ублюдка. Он громко смеялся, ему явно было весело, но ничего, сейчас будет еще веселее.
Елена догнала меня уже в дверях и остановила.
— Я зайду первой, — неожиданно твердо произнесла девушка, — так надо.
Не знаю почему, но я согласился и пропустил ее вперед, после чего вошел сам. В нос тут же ударил запах выпивки и жареного мяса, а гомон гимназистов заставил поморщиться, видимо, они тут уже давно.
— Елена? — ублюдок заметил девушку и изрядно удивился, — а ты что здесь делаешь?
Вместо ответа девушка отошла в сторону, и Трубный наконец-то заметил меня. В его глазах мелькнул страх, а потом его левая рука сжала рукоять ножа, которым он, видимо, резал мясо.
Глядя на это, я лишь усмехнулся и отрицательно покачал головой.
— Не так быстро, мразь. Я вызываю тебя на дуэль и заявляю, что ты и тебе подобные должны гнить на каторге, но никак не радоваться жизни. Если в тебе и в твоих дружках есть хоть капля мужского достоинства, вы придете в главную крепость стены, пусть самые уважаемые члены общества увидят, что вы из себя на самом деле представляете!
— Дуэль? С тобой? — Антон расхохотался, — ты всего лишь чернь, какая дуэль может быть между нами? Я могу выбросить тебя из трактира, чтобы ты не портил воздух, и буду прав. Выметайся отсюда, пока ты еще жив, кузнец, — после этих слов он демонстративно отвернулся от меня, всем своим видом показывая, что ему плевать.