— Что за хрень! — крикнул охранник, перезаряжая дробовик дрожащими руками. — Они не падают!

В ответ боевики открыли шквальный огонь. Охранников смело свинцовым ветром. Седого отбросило на стену будки, и он сполз, оставляя кровавый след.

— Уходим! — дернул меня за руку Виктор. — К корпусам!

В нашу сторону полетели пули. Они цокали по асфальту, срезали ветки с кустов. Я упал на четвереньки, сдирая колени об асфальт, и по-пластунски, как учили на НВП в школе, пополз за густые кусты лавровишни. Сердце колотилось о ребра так, что казалось, сломает кости.

Ползти было тяжело. Я задыхался. Пыль набилась в нос. Впереди кто-то затормозил, и я с размаху врезался головой во что-то мягкое и упругое.

Поднял взгляд. Передо мной, на карачках, ползла Настя. Бикини перекрутилось, кожа была в царапинах от веток, на бедре наливался огромный синяк. Но это была она.

«Гляди, выжила дурёха, несмотря на всю свою обдолбленность», — мелькнула циничная мысль.

Инстинкт самосохранения оказался сильнее химии.

— Ниже! — орал Виктор где-то сбоку. — Пригибайтесь ниже, идиоты!

Настя повернула ко мне лицо. Тушь размазалась черными потеками, губы дрожали. В глазах плескался животный ужас.

— Миша… — прошептала она. — Миша, где Петя?

— Да откуда я знаю, где твой сраный Петя.

Рядом с нами, чуть левее, ползла та самая полная женщина с сумочкой, которую я видел у двери. Она отстала от мужа. Вдруг раздался влажный чмок.

Женщина дернулась. Её голова мотнулась в сторону. Я увидел, как в её виске, там, где только что была идеальная укладка, появилась черная дыра. Черепная коробка деформировалась. Она ткнулась лицом в землю, дрыгнув ногами раз, другой… и затихла. Сумочка «Chanel» осталась лежать рядом, блестя золотой застежкой на солнце.

Я замер. Дыхание перехватило. Я впервые в жизни видел смерть так близко. Не в кино, не в новостях. Вот она. Секунду назад человек полз, дышал, боялся за свою сумку, а теперь это просто куча мяса. Всё вокруг начало казаться жутким сном, галлюцинацией. Солнце светило слишком ярко, небо было слишком голубым для такого кошмара.

«Где мы? Господи, где мы? Этого не может быть. Я сейчас проснусь в своей кровати, и батя скажет, что пора на работу».

Я попытался сориентироваться. Мы были в «зеленой зоне» за баром. Слева, дорожка с декоративными кустами, ведущая к служебным помещениям. Справа, просвет, через который было видно край бассейна и лежащие там тела. Вдали возвышалось главное здание отеля-паруса. Его окна сверкали безразличным золотом.

Мимо нас, по газону, промчалась девушка. Топлес. Она бежала, закрыв уши руками, и кричала. Просто кричала, на одной ноте. Она споткнулась, упала, вскочила и побежала дальше, в сторону теннисных кортов. Люди вокруг падали, поднимались, ползли. Хаос. Паника.