Чувствую, как волна непринятия окатывает с ног до головы.
– Только этого боялась? А того, что со мной могло случиться не боялась?
– Что бы с тобой случилось? – фыркает мама, – Сама же решила сбежать, значит знала куда идешь. И деньги у тебя были, я знаю, тебя отец с детства учил копить. Ничего бы с тобой не стало. А вот с нами… о нас ты не подумала, Елизавета. Поступила, как эгоистичная дочь. Замуж она видите-ли не хочет. Что за капризы? Тебе все на блюдце даётся, радуйся. Характер вздумала показывать.
Опускаю взгляд вниз, а внутри пустота. То чувство, когда даже родной матери я не нужна… Оно как чудовище пожирает изнутри. Нет, я знала, что ей дороже мирские блага, но, чтобы настолько….
– А если Глеб будет надо мной издеваться?
– Не пори ерунды. Глеб – уважаемый и хороший мальчик. Да, бывает попадает в неприятности, но кто в них не попадает? Ты вон, казалось бы, всегда была послушной, а тут учудила. Никто не ожидал от тебя такого. Скоро Глеб сядет в кресло отца. Ему перейдет часть акций, семейного наследия. Такого мужа еще поискать надо. А ты едва всё не испортила своим побегом, глупая. Давай прикладывай лед и прими душ. От тебя неприятно пахнет.
Мама уходит, а я остаюсь одна. Душ не принимаю.
Следующие полтора суток не живу, а существую. Превращаюсь в ноющую рану. Борис ко мне не заходит, а когда я пытаюсь попросить охрану отвести меня к нему, мне отказывают.
Если бы я могла, я бы вылезла в окно, честное слово. Но как на зло именно позади дома, под окнами спален, и моей в том числе, у нас свалены булыжники, из которых строят пристройку. С третьего этажа упасть на эту кучу чревато как минимум переломом ног, а как максимум – хребта.
Я не знаю, как там Алекс, и меня это убивает. Сильнее, чем перспектива провести жизнь с Глебом. Если рядом с ним я смогу отключить эмоции, как делала на сцене, когда танцевала стриптиз, то сейчас эти эмоции ревут раненым зверем и требуют хотя бы какой-то информации о нём.
Сердце стонет и болит, грудная клетка ноет. Умом понимаю, что если бы он пошел на контакт с Борисом, я бы уже что-то знала, наверное… Или нет?
Неизвестность убивает. Как яд кипит в крови и травит. До того самого момента, пока в комнату не входит Глеб…
Вальяжной походкой под моим пристальным взглядом, проходит по комнате и останавливается на расстоянии пары шагов.
Привстав с кровати, занимаю сидячее положение. От него укрыться хочется, поэтому я тяну на себя одеяло, несмотря на то, что и так одета.
Ледяные нити тянутся по спине к затылку и приподнимают волосы. Мне страшно от его молчания. Оно тяжелое и липкое, как смола.