— А… ну тогда всё ясно, тогда всё в порядке — Арсений как всегда хохотнул — Раз Седна-богиня разрешила, тогда ладно… Я просто подумал, что это баба его вроде любимая, но которая не дает, а он на почве неразделенной любви совсем сбрендил. Романтик, господа, местного разлива!

— Ты бы не ржал так, морда твоя бледнолицая — Я повернулся к капитану — Для инуитов их боги так же святы, как для нас наш. Не надо глумится, даже если тебе и кажется, что это смешно, а то так и до беды не далеко. Мы сейчас не в Европе, это земля инуитов и их вера. А в чужой монастырь, как известно со своим уставом не ходят.

— Монастырь? — Арсений снова заржал, но тут же поперхнулся своим смехом, под моим тяжёлым взглядом — Они же язычники, какой тут монастырь? Тут лучше другая пословица подходит. С волками жить — по волче выть! Ладно командир, не злись, не хотел я обидеть твоих инуитов и их богов.

— Аргек! (кит на инуитском) — Наш содержательный разговор о религии прервал крик одного из эскимосов, который показывал рукой на ледяное поле.

Метрах в ста от нас лед вздыбился, а потом из него показалась голова кита! Животное тут же снова ушло под воду, а из образовавшейся полыньи вырвался фонтан розовой жидкости, поднявшись вверх почти на десяток метров. Инуиты которые дежурили на льду с гарпунами и винтовками тут же бросились в сторону всплывшего гиганта, пытаясь перехватить его в таком уязвимом положении.

— Чего нам делать? — Спросил я Тупуна.

— Ждать — Инуит пожал плечами — В той полынье он не останется, может пробьет ещё одну или две, а потом вернётся на открытую воду, у него закончатся силы. Гарпун попал в лёгкое. Сейчас он на долго не нырнёт. Скоро появится. Его надо будет добить.

Тупун оказался прав. В следующий раз кит взломал лед в десяти метрах от первой полыньи, а потом, примерно через двадцать минут, спина кита показалась у самой кромке молодого льда, после чего кит больше не нырял. Каяки эскимосов настигли жертву через несколько минут, и ещё три гарпуна вонзились в спину животного. Кит только вздрогнул, ударил по воде хвостом, однако под воду не погружался. Ему не хватало воздуха, из дыхала потоком лилась кровь, окрашивая воду вокруг своим зловещим, красным цветом.

Наш вельбот тоже подплыла к киту, и мы с Игорем метнули гарпуны. По сути, он наших действий уже ничего не зависело, кит был уже присмерти, мы только сократили срок его мучений, да и показать эскимосом, что мы тоже причастны к добыче кита, стоило.

Окончательно добил кита удар Тупуна. Охотник, перехватив последний оставшийся гарпун у одного из инуитов, причалил свой каяк прямо к туше ещё живого кита, взобрался на неё, и прицелившись в какую-то, только ему ведомую точку на спине животного, с силой, навалившись всем телом на гарпун, вонзив его в дрожащее от агонии животное. Кит испустил последний вздох, вздрогнул, и замер без движения.