— Неправильно, — топнула ножкой в красном кожаном башмачке Морана и повторила: — Неправильно! Сегодня вы друзья, а завтра он тебе нож под лопатку воткнет! Враг в спину никогда не бьет, он всегда глаза в глаза стоит, если только ты бежать от него не вздумаешь. Ты, стало быть, умрешь, и как мне тогда быть? Снова в тумане сером сидеть, понимая, что это навсегда? Или ждать, пока меня чешуйчатые кольца обовьют? Не хочу так! Не желаю!

— Ну, так это меня и не он убить может, — хмыкнул я. — Знаете, сколько у меня заклятых друзей? У! Не сосчитаешь! И ведьмы, и волкодлаки, и вудуисты даже.

— Это кто же такие? — заинтересовалась Морана.

— Негры-каннибалы, — пояснил я. — Ну, они цветом черные, как головешки из костра, людей едят и живут в… э-э-э… Во франкских землях.

— Каких землях?

— Далеко отсюда, — рассудив, что и географическую тему затрагивать тоже не стоит, отделался общей фразой я. — Они Кащеевичу поклонялись, а он от моей руки пал, так теперь эти поганцы мне смертную войну объявили, хотят отомстить. Ну и пообедать заодно, причем мной же. Так что желающих меня прибить хоть отбавляй.

— Нашел чем гордиться, — сморщила носик Морана. — Врагами обзавестись — дело нехитрое, было бы желание. А вот сделать так, чтобы они, тебя ненавидя, даже пискнуть не могли, вздохнуть лишний раз боялись — это куда сложнее. Полоз в старые времена меня седьмой дорогой огибал, в Рудных горах отсиживался, лишь бы я про него не вспоминала.

Рудных — это, наверное, Уральских.

— Ничто, — ладони богини сжались в кулаки, — ничто, еще придет то время, когда он обо всем пожалеет. Придет!

— Даже не сомневаюсь в этом, — поддакнул Моране я и потряс кулаком в воздухе. — Вот мы его тогда!

— Скажи, а ты сейчас вообще где? — откинулась на спинку своего трона богиня. Что любопытно — она как будто снова стала меньше ростом. — Я нынче вечером к тебе посылала свою служанку, она вернулась ни с чем. Сказала, что она только слугу нашла, который весело там проводит время в компании домовых.

— В чем в чем, а в этом даже не сомневаюсь, — усмехнулся я. — Небось квас пьют и пиццу едят.

— Вот тоже непорядок, — поморщилась Морана. — В былое время это племя со двора носа не казало, пискнуть из подпечья не смело. А теперь что? Они мою служанку из твоего дома гнать надумали! За дреколье взялись!

Ну да, Вавила Силыч сотоварищи был готов смириться с визитами Мары (а именно про нее речь) тогда, когда я об этом его просил. Но когда меня нет, ни он, ни остальные подъездные представительницу Мораны на своей территории терпеть не станут, это уж точно.