Ребята рассмеялись. Я сделал глоток двойного эспрессо, а Игнат произнёс:
— У Михаила Дмитриевича жёсткие методы, но действенные. Думаю, он многому может нас научить, тем более, что персонал Корпуса о нём положительно отзывается.
— Ага, ты хотел сказать не жёсткие, а жестокие, Игнат, — поморщилась Альбина. — У меня до сих пор всё болит!
Остальные согласно закивали, а Игнат пожал плечами. Здоровяк держался бодрячком, вообще не показывая, что у него была ночная тренировка.
Неожиданно в холле стало как-то тихо, а потом разразилась буря из возбуждённых голосов. Мы все с интересом повернулись в сторону входа. В здание вошли троё облачённых в ламеллярные доспехи бойцов с мечами на поясе. Возглавлял их знакомый мне Кутузов, одним своим появлением вызвавший вздохи и ахи у девушек.
— А они что здесь забыли? — недоуменно спросила Альбина.
— Ещё и в доспехах, — поддержала Аврора подругу, рассматривая бойцов, и чуть испуганно добавила: — Неужели опять Разрыв?
Кутузов мельком осмотрел лица студентов, будто кого-то искал. И судя по той улыбке, которая появилась на его лице, когда он заметил меня, гадать тут смысла не было.
— Эм… он идёт к нам! Чёрт! — ещё больше забеспокоилась Аврора.
— Константин Викторович, — приблизился Кутузов, держа ладонь на рукояти меча. Двойка бойцов замерла за его спиной, а в холле стало опять тихо. — Рад, что нашёл вас так быстро.
— И зачем я вам понадобился, Кирилл Сергеевич? — прямо спросил я.
— Для проведения боевой операции, — невозмутимо ответил княжич, не особенно обращая внимание на восхищённые взгляды людей вокруг. — Приказом главы штаба, его Высокопревосходительством полковником Тимирязевым, вы поступаете в усилении моей команды по закрытию двух Разрывов, которые… — посмотрел Кутузов на часы. — Откроются приблизительно через сорок восемь минут.
Ребята посмотрели на меня со странной смесью эмоций. Альбина, Аврора и Толик с беспокойством, Игнат с лёгкой завистью, а Милюхин… Тот подавился уже третьим пирожком и икнул.
— Ну что, Константин Викторович, — чуть наклонил голову Кутузов, ожидая ответа. — Вы готовы послужить родине и Корпусу?
— А у меня есть варианты? — понимая, что Кутузов специально выбрал момент максимального стечения курсантов вокруг, кисло ответил я.
Отказываться от предложенной возможности я, разумеется, не собирался. Мне нужна энергия, а Кутузов готов был предложить мне её на блюде с голубой каймой. Вот только сам приказ главы штаба несколько удивил, заставив задуматься.
Это не инициатива Кутузова, а кого-то другого, кто сидел достаточно высоко. Голицына с её проверками? Вряд ли. Анфиса Захаровна, конечно, имела власть в Корпусе, но только в своей вотчине. Тогда кто?