Ещё раз оглядев Иггдрасиль, замер в раздумьях. Вариантов три и каждый из них был по своему уникален. Проблема была в том, что каждое последующее развитие-рост ветвей — гораздо сложнее предыдущего. То есть, если я сейчас выберу тот же разум, то две остальные дальше потребуют больше энергии. Иггдрасиль жаден, но и отдаёт немало.

После сражения с Гронном и вплоть до начала медитации у меня было время всё проанализировать. Определиться с тем, какой путь сейчас будет самым нужным и актуальным. Впрочем, зачем себя обманывать? Я бы всё равно пошёл по нему в первую очередь, потому что в этот раз у меня не было сотен лет, как в прошлой моей жизни.

Подлетев к левой ветви, замер перед ней и приложил ладонь. Между нами сразу образовалась связь, а Иггдрасиль отреагировал мгновенно. Энергия в его корнях вспыхнула и вдоль ствола, к ветви, потянулись синие линии. С каждым мигом их становилось всё больше и больше, а затем на ветви появились первые побеги. Она оживала прямо на глазах, росла и вытягивалась дальше. Появилось ещё несколько мелких веточек, на которых проклюнулись зелёные почки.

Я почувствовал, что переработанная энергия Гронна полностью ушла в дело, а Иггдрасиль, он же моя искра божественности, захотел ещё! Ему было мало! Он требовал добыть ещё энергии для роста!

— Тебе, как всегда, всего мало и надо побольше! — хмыкнул я, убирая ладонь и любуясь результатом.

Идеально. Практически нулевая потеря вложенной энергии, хотя был риск. Небольшой, но где-то процентов пятнадцать-двадцать я мог потерять, дабы ветвь начала расти.

Когда рост закончился, древо вновь вспыхнуло, но на этот раз сильнее, а меня буквально вышибло из состояния медитации. Я резко распахнул глаза, свалился на спину и не мог сделать и вдоха. Грудь сдавило тисками, а ядро пошло в разнос. Искра божественности буквально полыхала, начав изменение тела. По энергетическим каналам словно магма потекла, мышцы свело судорогой, суставы захрустели, а кости, казалось бы, начали трещать!

Я закусил нижнюю губу до крови, терпя боль. Из глотки вырвался приглушённый стон, с лица бежали градины пота, перед глазами всё плыло волнами и бликами света из окна. Футболка пропиталась влагой, а от тела повалил самый настоящий пар!

Сквозь боль я услышал монотонный, громкий гул, перерастающий в звон. Мерзкий, дробящий разум на осколки, от него хотелось скрыться и закрыть уши, но ладони одеревенели и не слушались.

— Что происходит⁈ — в панике кричали за стенкой. — Ч-что это такое⁈

— Тревога, что ли⁈

— Похоже, что тревога! — ещё один голос добавился к остальным. — Что будем делать⁈ Где комендант⁈