— Эх, припозднились мы. Сомневаюсь, что нам там будут рады. Но не спать же под открытым небом? Поехали. Тут рукой подать.

За пастбищем оказалось поселение. Тусклый месяц с одеялом поволоки давно убаюкал его жителей. Выбор пал на крупный дом с сараем — залаявшие собаки и стук в дверь растерзали сладкие сны хозяев. Гостей ждала отборная матерщина, к которой добавились угрозы спустить псов, а в тёмном окне второго этажа заблестел наконечник стрелы. Правда, звон золотых поумерил пыл разбуженных и они разрешили путникам переночевать в сарае, на редкость грязном, хотя все настолько устали, что этого не заметила даже Лайла. Бесконечно длинный день, плавно перетёкший в ночь, наконец закончился.

* * *

Хризальтера лежала на песке, в копне зелёной тины, какой после шторма было усеяно всё побережье. Бодро шумело море. Громко кричали чайки. Но рассудок воспринимал окружение размытой какофонией. Немигающий взор, пересечённый чернотой сырой пряди, упирался в серые небеса… до поры, пока их не загородило тёмное пятно.

— Qyf? — раздалось сверху.

Демонесса не сразу поняла, что услышанный звук является голосом, а поняв, не смогла распознать язык. Она сосредоточила взгляд на бородатом лице с крупным розовым носом.

— Guntyk тебя hoskun рога… — продолжил некто.

Разум начинал воспринимать чужую речь — коснувшись пальцами виска, Хризальтера приподнялась и с трудом села.

— Åsþêrühð? — подняла она сиреневый взор.

— Чё?..

Осознав собственный вопрос, выданный на диалекте кромки миров, демонесса вспомнила, где находится. Но всё же решила уточнить:

— Я на Грозовых Островах?

— Ничего себе, рогатая! Ты ещё и на нашем стрекотать можешь? — хрипло рассмеялся мужичок, и воздух наполнился запахом рома. — Давнёхонько шторма ничего путного на берег не выносили, а тут целая диковина! Откуда ты, чудо? И что это там у тебя такое сияет? — заинтересованный взгляд сполз вбок.

Хризальтера посмотрела на песок, где среди тины и ракушек лежал заряженный кристалл. Теперь всё встало на свои места. Вторая молния пробила магическую защиту. Демонесса поднесла к лицу когтистые руки. Ожогов нет. Пока рассудок спал, тело избавилось от ран. Ценой нескольких сотен накопленных душ. Только повторный разряд вышиб поглощённую энергию. Что ж. Потерю можно легко восстановить кристаллом.

— Сверкающая побрякушка для приманивания любопытных? — пьяный почесал волосатое пузо, обрамлённое распахнутой рубахой. — А потом наши лохани на рифы напарываются… Ты же сирена, да, да? Ну скажи, что я прав.

— Прав… — лиловый взор бродил по бухте в поисках людей, но вокруг простирались лишь подпёртые пальмами скалы.