— Думаю, решаемо. Что ещё?

— Хочу жилой фонд в Ленинске. Изрядный. Лучше пустующий. Есть такой?

— Да, к сожалению. С этим совсем просто. Мэр города — наш человек, гражданин России. Да и весь город в федеральном подчинении.

Дмитрий Родионович глубоко задумывается. Спокойно жду, не мешаю. Но когда пауза заканчивается, в свою очередь мне приходится проявлять немалую выдержку и держать железно покерфейс.

— У нашего руководства возникла идея. Гарантировать, что сработает, не могу, но обдумать стоит. Надо предложить казахам кредит, нет, не дать, а взять. Под приличный процент, скажем, под десять — двенадцать, с привязкой к цене золота…

И кто молодец? Я — молодец! Моё лицо даже не вытянулось от неожиданности. Пришлось на мгновенье глаза опустить, но это всё! Могу чем угодно поклясться! «У руководства возникла идея», ёпта!

— Банкиры называют это металлическим счётом, золото растёт в цене, растёт и вклад. Других процентов нет…

— Я знаю, что такое металлический счёт, — исключительно для того говорю, чтобы не растекался мыслью.

— Хорошо. Ходят слухи, что вы пообещали кредиторам хороший процент именно по условиям металлического счёта, на который обычно проценты не начисляют. А вы — предлагаете, — фокусирует взгляд на мне, однако предпочитаю отморозиться, пусть мысль заканчивает. — Так вот, Виктор. Идея в том, чтобы взять у казахов деньги на похожих условиях. Миллиард или полмиллиарда долларов.

Даже сумма фигурирует та же, что в разговоре с Костюшиным. Королева в восхищении. После короткой паузы — надо же сделать вид — выкладываю заготовку:

— Это надо обдумать. Но основные условия, что приходят в голову, такие: первое — деньги возьму физическим золотом. Отсчёт процентов пойдёт с момента, когда металл пересечёт границу Казахстана и России. Верну тоже физическим золотом. Разумеется, с оговорёнными процентами. Второе — одновременно это будет обеспечением возможных санкций Казахстану. В случае его недружественных по отношению к Агентству шагов буду иметь право наложить штраф на их вклад. Размер штрафа будет максимально соответствовать понесённому урону.

Делаю паузу и продолжаю:

— Гарантирую, что жестить не буду. Полагаю, после первого же штрафа килограмм на пять, казахи быстро придут в себя и будут бегать, как очумелые, по одному только свистку. Предложим им десять процентов с люфтом до двенадцати и ни на йоту больше.

Я-то молодец, а Родионович — не очень. У него-то лицо вытягивается:

— Как вы быстро идею ухватили. И насчёт штрафов интересная задумка. Кроме пряника кнут действительно не помешает.