— Энергообеспечение? Автономность?

— В задницу автономность! Цепляешь к нему кабель — и всё. Аккумулятор можно установить на всякий случай, вдруг кабель повредится. Он тогда хотя бы вернуться сможет.

— Но для испытаний…

— Для испытаний Анжела уже доведена до кондиции. Сам сказал, что датчиками напичкана.

После паузы выношу вердикт:

— Короче так. Приступайте к разработке дронов. Назначение: диагностика, монтаж и ремонт оборудования на станциях и других объектах. На развитие модели «Анжела» больших денег не дам. Если ребята что-то изобретут, то за счёт интеллектуальных прорывов, а не финансовых вливаний.

Но поторговаться за «Анжелу» приходится. Торг прекращаю директивно:

— Четверть миллиона рублей в месяц. Больше не дам. И группу по созданию ремонтного дрона от основной отдели. А то знаю я эти игры с бюджетами на разные проекты.

15 июля, четверг, время 10:40.

Москва, Американский медцентр.

— Привет, Майки, — в палату входит Гроувс в накинутом белом халате, водружает на столик пакет с фруктами.

— Хай, Боб! — забинтованный и загипсованный Веклер вяло машет рукой.

— Извини, сразу не смог. Сначала к тебе не пускали, потом дела… — Гроувс садится на стул рядом с лежбищем приятеля.

— Всё хорошо, Боб. Самому не хотелось в кошмарном виде красоваться, — отмахивается травмированный.

Следы крепких кулаков на его лице почти сошли, оставив еле видимые желтоватые намёки.

— Сильно досталось? — сочувственно любопытствует Гроувс.

— Тогда казалось, что ничего хуже быть не может, — Веклер пожимает плечами. — Сейчас понимаю, что по сути ничего страшного не произошло. Травмы средней тяжести, кажется, так говорят в полицейских протоколах, неопасные для жизни.

— Кто это был?

— Какие-то крепкие парни с железными кулаками. Они не представились, как ты понимаешь, — через паузу Веклер добавляет: — Но мы же с тобой догадываемся, кто это сделал, не так ли, Боб?

Гроувс криво улыбается:

— Наш шустрый космический мальчик?

— Офф кос, Боб. Те бандиты первым делом спросили о том, кого я нанял на Байконуре. И сколько я им заплатил.

Веклер вспомнил ещё о том, что следователю никаких намёков не давал. Опасно. В этом смысле космическому мальчику ничего опасаться. Не мог же Майкл сказать полицейскому чиновнику, в чём его может подозревать Колчин. Немедленно вцепится и начнёт раскручивать дело совершенно в другую сторону. При этом теоретически возможно доказать наличие мотива, однако со всем остальным не так просто. Особенно если желания такого нет.

Полицейские в эту сторону копать не будут, а вот обнаруженный мотив ударит по нему бумерангом. Нельзя сбрасывать со счетов принцип свои/чужие. Родные американские пинкертоны тоже не обрадуются версии, которая поставит под подозрение уважаемые национальные институты. Госдеп, к примеру, или то же НАСА. Проамериканская прослойка в российском обществе заметно ослабела по сравнению с девяностыми или даже нулевыми годами.