— Что вы такое говорите, молодой человек! — возмущается женщина. — Причём здесь субаренда⁈ Дома собирается сносить какая-то строительная фирма, как её…

— «Сигма», — прихожу на помощь. — Строительная компания, подрядчик Агентства. Не будем же мы сами дома ремонтировать и строить. Просто в какой-то момент мы решили, что город тоже стоит слегка обновить. Чтобы жизнь менялась не только на космодроме. Люди должны жить лучше. И в более красивом месте.

— Я вам не верю, — женщина поджимает губы и отставляет допитую чашку со стуком. — Это какой-то обман с вашей стороны.

— Зачем же верить, уважаемая Полина Георгиевна⁉ — буквально вскрикиваю. — Ведь можно же знать!

Достаю паспорт, показываю щурящейся издалека женщине. Но ФИО она разобрать в силах.

— А теперь позвоните в администрацию. Секретарше Бусарина, и спросите её, кто это такой, Виктор Колчин. По-другому, извините, никак. Был бы у вас интернет, могли бы там удостовериться.

Женщина решительно встаёт и уходит к телефону. Кое-какие слова мы слышим. Она едва, но успевает застать конец рабочего дня. Зина еле заметно усмехается. Редкостное зрелище.

— … боюсь, что имею дело с мошенниками… да, Виктор Колчин… в самом деле?

Хозяйка возвращается задумчивая. Давая себе время переварить неожиданную инфу, снова ставит чайник. Секретарша мэра просветила её мгновенно. Секретарши вообще знают не меньше своих шефов. А то и больше.

— Вас котлетками не угостить? И, пожалуй, выпью с вами немного вина, раз такое дело. А вы мне расскажете об Агентстве…

Как-то внезапно всё решается в нашу пользу. Никому из переговорщиков не пришла в голову идея упомянуть, что модернизация квартала — инициатива Агентства. И хорошо, что Зина рядом, я-то принципиально не пью.

— Я уж думала, пойдут намёки, — язык хозяйки после пары маленьких рюмок развязывается, — не захочешь по-хорошему, наследники отдадут, им ни к чему. А мне вдруг на голову кирпич упадёт.

— Ага, с высоты поднятой руки, — поддерживаю веселье, смеюсь. — Хорошо, что до такого не дошло, таким макаром меня давненько не оскорбляли.

Вспоминаю кое-что, рассказываю:

— Уже давно, на заре юности… — хозяйка отчётливо хмыкает, Зина глядит насмешливо, но насмешку вижу только я. — Ещё на первом курсе друг и сосед по комнате вдруг говорит: «За миллиард долларов любой продаст Родину, любимую девушку и друзей. По отдельности и оптом». Тычет в меня пальцем: «Ты, говорит, тоже продашь. Потому что миллиард — это миллиард».

— И что ты сделал? — вдруг интересуется Зина.

Слегка шалею, она говорит так редко, что скоро голос её забуду.