Адмирал внимательно оглядел меня с ног до головы самым пристальным взглядом.

— Значит, это вы смогли уничтожить королеву роя?

— Так точно! — отрапортовал я и осмелился добавить, — но не сам, г-дин атак-адмирал.

— Знаю, знаю, — закивал тот и вдруг заговорил совершенно другим тоном — скорее отеческим, чем командирским: — Что ж, сынок, скажу честно — плевал я на эту королеву. Но вот что ты смог отключить долбанные пушки «Навуходоносора» — вот за это спасибо. Если бы не ты — мой линкор здорово бы потрепало, что для нас накануне серьезной битвы непозволительная роскошь.

Я удивленно вытаращил на него глаза.

Что за чертовщина происходит? Обычно, когда собираются отправить в мясо или на рудники, хвалить не принято. Впрочем, опыт присутствия на трибуналах у меня отсутствовал. Я понятия не имел, как и что здесь происходит. Может, сказанное адмиралом — лишь прелюдия, после которой прозвучит звонкое и твердое «но», и именно оно станет началом обвинительной речи, после которой я и получу свое.

К атак-адмиралу тем временем шагнул его адъютант, щелкнув каблуком, протянул командующему какую-то шкатулку.

Нельсон принял ее, открыл, двумя пальцами достал содержимое, а я вытаращил глаза еще больше, хотя думал, что это невозможно.

В руках у контр-адмирала была медаль, на которой был изображен шлем космодеса, а за ним перекрещенное штатное оружие — штурмовая винтовка и снайперка. Вверху я разглядел гравировку «ВКС», а внизу «За отвагу».

— За проявленную смелость и упорство, за доблесть, проявленную в бою, за выполнение поставленных задач и неоценимую помощь флоту, — меж тем произнес адмирал, — медалью «За отвагу» награждается сержант Леонид Куражов.

— Капрал, г-дин атак-адмирал! — осмелился я поправить флотоводца. Наверное, только из-за того, что я был неимоверно удивлен, ошарашен происходящим и просто растерян, ляпнул это.

— Сержант! — твердо произнес атак-адмирал, вешая мне на грудь медаль.

Отступив на шаг, он продолжил:

— За проявленную в бою смелость, за… — продолжил адмирал, но я его уже не слушал, так как был все еще слишком ошарашен произошедшим.

Тем не менее, краем сознания я зафиксировал, что наградил он помимо меня Деда, Выдру и Чуху, передал медаль и для Кучи.

А еще Дед и Выдра получили «капралов», Куча и Чуха звание рядовых 1-го класса. Не забыл адмирал и про, как он сказал «героического сержанта Хартмана». Хотя тот отсутствовал, сидел сейчас в изоляторе, обколотый успокоительными. Так понимаю, его приведут в чувство, далее дадут пинка под зад. Свое он уже отслужил. Что ж, хотя бы щедрое пособие на гражданке какое-то время будет получать, так как только что адмирал дал ему «мастера-сержанта», а это уже без пяти минут офицер.