Океаническая бездна!
Не может быть, чтоб я всерьёз ревновал атлантианку к самому себе.
Это какой-то абсурд.
София
Вслед за офицером я вышла из служебных покоев принца — и, наконец, позволила себе выдохнуть.
События этого дня — от смертельной ловушки на испытании до отравленного нейротоксином Элиана — меня истощили. Столько всего случилось, что прятки в техническом шкафу теперь казались просто эпизодом в этом безумном калейдоскопе.
Пожалуй, даже страшно мне уже не было. Просто перегорели предохранители. Чик — и отключилась подача электричества к эмоциональным центрам. Но так, пожалуй, было даже лучше. Я могла без оглядки на страх, заняться делом.
Я гордилась тем, что даже время в тесном техническом шкафу использовала сполна. Альтаир ведь коснулся моих губ своими — а я это позволила (самый краткий миг!). А затем, едва выдалась возможность, перенесла микрочастицы, оставшиеся на моих губах, на специальный подслой в неприметной складке платья, внешне неотличимый от обычной ткани.
Этого должно было хватить, чтобы получить ключ к сердцу Океании. И выполнить, наконец, задание… которое оказалось куда сложнее, чем мои самые смелые предварительные прогнозы.
Для меня также оставалось загадкой, как мои наставники могли настолько недооценить ситуацию… Связного подобрали из тех, кто вовсе не хочет сотрудничать… Никакого запасного плана (либо меня о нём никто не уведомил). Всё это крайне подозрительно… Не скрыто ли тут внутренней подковёрной игры? Или действительно просто неверно собрали данные? Впрочем, сейчас гадать бесполезно…
Я добыла ДНК. Вечером сформирую ключ. Завтра попробую проникнуть к сердцу! А пока что постараюсь не влипнуть в новые неприятности.
Я была даже благодарна принцу Альтаиру за то, что он приставил ко мне офицера. Рядом с этим молчаливым океанцем дышалось спокойнее. В его присутствии напряжённые пружины внутри немного расслаблялись. Не нужно было каждый миг держать лицо и бесконечно подбирать слова, чтобы ненароком не разжечь межрасовый военный конфликт.
Да, я была готова признаться себе — я рада его видеть. Поэтому, когда мы остались одни в коридоре, я легко искренне улыбнулась этому суровому океанцу. Но вот он счастливым не выглядел.
— И снова вы в эпицентре шторма, виана София, — голос офицера был низким и немного хриплым. Синие глаза смотрели внимательно.
— Что поделать, виан, — пожала я плечами. — Видимо, есть во мне сила, привлекающая всеобщее внимание. Даже если я этого не хочу.
Уголок его губ дрогнул, смягчая суровое выражение лица. Он слегка наклонил голову, и его внимательный взгляд потеплел.