В любом случае я был рад, что с лица Софии сошла белизна утопленницы, а глаза сияли. И между делом продолжал ослаблять застёжки её костюма. Уже стянул плотный материал с нежных плечиков полностью. Освободил изящные руки атлантианки от длинных рукавов.
…Она прекрасно пахла. Я её вожделел. Я желал её безопасности — чтобы сохранить эту женщину для себя одного.
Потянул костюм ниже, чтобы помочь атлантианке освободить область её нежной аппетитной груди.
И не сразу понял, зачем она препятствует, удерживает ткань на груди рукой. И почему смотрит на меня огромными удивлёнными глазами.
София
Безымянный виан-офицер принялся меня раздевать. Посреди дружеской беседы о толерантности моей родни. Мягко избавлять от блестящего чешуйчатого костюма для подводного плаванья, который чуть не стал моим последним в жизни нарядом.
И прикосновения рук офицера-океанца были такие естественные, что я отреагировала на это на несколько мгновений позже, чем стоило.
Мои глаза распахнулись — на максимум!
Жар пальцев этого океанца на моей голой коже — почти вытеснил воспоминания о предсмертном ужасе, плавно завалившемся в апатию. Обо всём, что я пережила, захлёбываясь в бассейне-ловушке.
Великолепно, София.
Но океанец не сумел прочитать моего взгляда — и мне пришлось накрыть его крупную сильную руку своей, останавливая.
— Виан… я не знаю, как тут, в Океании. А у нас раздевать малознакомых женщин… нехорошо…
И он убрал руки. Но на какую-то долю мгновения помедлил, словно заставлял себя.
— Вам стоит переодеться в сухое, виана София.
Ни «виноват, исправлюсь», ни «извините пожалуйста» — не последовало.
Но всё же офицер очень мило отвёл взгляд. Видимо, и впрямь действовал на автомате, ради моей безопасности. И он явно выгодно отличался манерами от своего океанского принца Альтаира. Неважно бастард он там или кто.
— Я справлюсь, виан… — еле вытолкнула из горла слова. Мне уже не было холодно. Прикосновения океанца вызвали в теле жаркую волну. Она окатила меня и схлынула — только теплота осела за лоном. Космос, это очень неудачно! Я прекрасно понимаю, что этот океанец меня волнует.
Офицер молча подался назад, поднялся на ноги а через миг и вовсе — скрылся в смежной ванной комнате. Вернулся с пушистым нежно-голубым халатом в руках. Призывно раскрыл его передо мной, а я — тоже поднялась и зачарованно стянула с себя блестящий костюм. Скинула к ногам. Перешагнула через этот шедевр высокой моды…
Офицер не смотрел на моё тело — меня, словно ширма, огораживал халат. Но от моего лица океанец не отрывал взгляда, словно что-то выискивал в деталях моей мимики… уф, меня что, в чём-то подозревают?