Бизард изображал скромный интерес, на самом деле старательно исследуя помещения на наличие охранных заклинаний. Хош откровенно скучал, с брезгливым видом рассматривая картины загорских живописцев, изображающих великие деяния местных волшебников. Ангельма все свое внимание сосредоточила на Эсс Вале, постоянно задавая ему вопросы, несмотря на бросаемые в ее сторону гневные взгляды хранителей.

Посетителей в этот час в западном крыле Пирамиды, где располагался музей, было немного, а поскольку все они были неорганизованными, то и бродили по помещениям разрозненно, без сопровождения гидов-хранителей. Вале ожидал, что в целях обеспечения безопасности на время их посещения музей закроют для простых людей, и теперь терялся в догадках о причине такого решения Совета ордена. Хотели ли архимаги продемонстрировать гостям уверенность в своих силах или считали, что присутствие простых людей удержит имперцев от резких движений? Гроссмейстер не был согласен ни с тем, ни с другим, но его мнения никто не спрашивал. Поэтому ему не оставалось ничего иного, кроме как, изображая беспечность, продолжать внимательно наблюдать за своими подопечными.

Небольшое оживление в рядах гостей из Империи возникло с переходом из картинной галереи в зал артефактов. Несмотря на хваленое самообладание, взгляды имперских волшебников невольно зашарили по помещению в поисках короны Руперта. По их представлениям она, несомненно, являлась важнейшим из существующих в княжестве артефактов и поэтому должна была занимать какое-то особое место, быть на виду. Но ничего подобного не наблюдалось.

Хранители неторопливо водили своих необычных посетителей вдоль рядов с экспонатами, в основном являющимися произведениями магов-ремесленников, и нудными голосами рассказывали никому не интересные истории. В конце ряда, в огороженном массивными цепями углу, располагался экспонат, считавшийся жемчужиной столичного музея. По крайней мере, хранители привыкли слышать здесь восторженные возгласы, видеть распахнутые в изумлении глаза и открытые рты.

На клочке земли размером три на три метра был воссоздан в миниатюре кусок природного ландшафта. Сочные луговые травы обрамляли небольшой водоем, изображающий то ли речную заводь, то ли маленькое озерцо. Посреди водной глади цвели белые, розовые и желтые водяные лилии, в глубине то и дело мелькали пестрые маленькие рыбешки. На дальнем берегу раскинула свои ветви верба двухметровой высоты, а прямо над ней висело, увеличиваясь в размерах и постепенно меняя цвет с белого на темный, маленькое облачко. При этом по мере увеличения облака водоем заметно сокращался в размерах.