— А патрон? — обреченно вздохнул Федоров. — Патрон-то такой мы не производим?!! Собственно, мы никаких патронов пока, кроме нагановских и винтовочных не производим. Куда оружье без своего патрона?

— Пишите техническое обоснование о принятии на вооружения германского патрона. Патрон не хуже других, а даже лучше во многом. Сделаете не девять на девятнадцать, а, к примеру, девять и один на девятнадцать и ноль пять. С виду одно и то же, а на бумаге совсем другое. А я поддержу! Вы же знаете, Владимир Григорьевич, я за вас горой…

После недолгих дебатов Федоров махнул рукой.

— Значит так! Я сам возьму наставничество над этими самородками. Будут работать у меня в мастерской. Доработаем эту хренотень. Но если опять чудить начнут…

Лекса внимательно посмотрел на братьев Колывановых. Близнецы дружно прикоснулись к распухшим ушам и так же синхронно кивнули.

— Вот вам крест! Чудить и воровать не будем!

— От учебы я вас тоже не освобождаю! — Федоров пригрозил пацанам кулаком.

Близнецы приуныли, но кивнули.

В мастерскую к Дегтяреву Алексей попал уже ближе к вечеру.

А там…

В общем, визит комполка Турчина на Ковровский завод оказался очень богатым на события. И очень богатым на эмоции.

— Да чтоб меня кобыла перекрестила… — не удержавшись, ахнул Лекса.

На большом столе посередине мастерской стоял пулемет, но не тот образец, который Дегтярев представлял на испытания, а совершенно другой. Сейчас он очень напоминал своего потомка, РП-46. Да и то, в более современном варианте.

Новый массивный ствол с рукояткой переноски, пружину, судя по всему, вывели, как в ДПМ, в трубку над прикладом, появился другой тормоз-компенсатор, другой приклад с пистолетной рукояткой, другие сошки…

И самое главное, ленточное боепитание. Для лент сбоку приспособили круглый жестяной короб.

Но и это не все!

Рядом с пулеметом стоял станок — почти точная копия станка Степанова 6Т5 для пулемета Калашникова.

То есть, Дегтярев перешел к концепции единого пулемета: станкового и ручного одновременно.

Лекса наспех пожал руку Дегтяреву и ринулся к пулемету. Схватил его, принял поочередно разные стойки для стрельбы и расплылся в счастливой улыбке.

— Это… это же…

— Это единственный экземпляр, — ворчливо перебил его оружейник, — почитай, рабочий экспериментальный макет. И никто его на вооружение не примет, потому что он получается очень дорогой и для боепитания использует металлические ленты, которые у нас не производятся и, непонятно когда будут производиться. Здесь я использую британскую для авиационных пулеметов Виккерса. А с матерчатыми лентами, надежной работы автоматики не добиться. Впрочем… — в голосе Дегтярева проскользнули ироничные нотки. — Образец легко можно обратно переоборудовать под дисковые магазины.