— Крылова! — окликнули меня от крыльца.
Кирилл стоял у перил с кружкой в руке. Я даже не стала спрашивать, что ему нужно. За последние дни у нас выработалась определённая схема общения.
— Фотографии готовы?
— Почти. Вечером скину.
— Ты обещала.
— Я помню. У меня, знаешь ли, есть работа помимо твоих портретов.
— Это не портреты. Там вся группа.
— Тем более. Придётся выбирать, кому из вас досталась самая удачная физиономия.
Он усмехнулся и отпил из кружки. Судя по довольному виду, перспектива получить фотографии его вполне устраивала, а моё обещание он собирался контролировать лично. Я оставила его заниматься этим важным делом и прошла в столовую.
У раздачи женщина за стойкой заметила меня и, прежде чем я успела попросить, поставила рядом с тарелкой кружку.
— Тебе как обычно?
— Спасибо. Вы меня уже запомнили?
— А чего тебя не запомнить? Каждый день с камерой ходишь.
Кофе был без сахара, с небольшим количеством молока. Я взяла кружку и улыбнулась. Странное ощущение: ещё недавно я здесь была чужой, а теперь кто-то уже помнил, сколько молока мне наливать. Не то чтобы это означало полную интеграцию в военный коллектив, но начинать с чего-то надо.
Я устроилась за свободным столом, позавтракала и достала телефон. На сегодня была запланирована съёмка тренировочного процесса. В расписании значились время и площадка, никаких дополнительных пометок я не увидела. Накануне мы снимали похожее занятие, всё прошло спокойно, поэтому особых сложностей я не ожидала.
Перед выходом всё-таки решила уточнить информацию у дежурного. После нескольких дней на базе я усвоила простую истину: здесь лучше переспросить дважды, чем потом объяснять, почему оказался не там, где положено.
Дежурный просмотрел запись и кивнул.
— Да, всё верно. Площадка в десять.
— Никаких изменений?
Он задержал взгляд на экране и на секунду замялся.
— У меня так же стоит.
Я посмотрела на него чуть внимательнее.
— Хорошо. Спасибо.
Впрочем, если бы возникли какие-то ограничения, он наверняка сказал бы. По крайней мере, мне хотелось в это верить. Я убрала телефон и поправила ремень камеры. Теперь он почти не мешал, а крышку объектива я больше не проверяла каждые пять минут. Прогресс, достойный отдельной отметки в личном дневнике.
На выходе из столовой меня снова перехватил Кирилл.
— Не забудь фотографии.
— Если будешь напоминать, получишь только те, где моргнул.
— Жестокая женщина.
— Зато честная.
Он рассмеялся, а я махнула ему рукой и направилась к площадке.
Утро было ясное. Солнце уже поднялось над крышами, но жара пока не успела превратить территорию базы в раскалённую сковородку. Я прикидывала, с какой стороны лучше начать съёмку: хотелось поймать общие планы, а потом перейти к деталям, к лицам, движениям, коротким моментам между командами. На прошлой тренировке особенно удачно получились кадры, где бойцы переговаривались во время перерыва. В них было больше жизни, чем в десятке постановочных снимков, где все старательно изображали серьёзность.