Однако отказаться от первоначальной затеи судье не позволяли гордость и мужское достоинство. А также огромное желание выглядеть в глазах Милославской героем. «Летим, моя голубка!» — Громко заявил Генка и рванул вниз с пригорка.

И вот тут Андрюха уже понял наверняка, дела хреновые. Просто вспомнил, как совсем недавно Федька жаловался на велик, у которого почему-то перестали работать тормоза. И вроде бы даже планировал заняться ремонтом. Братец, который шел сзади романтичной пары, не обращавшей на него никакого внимания, ускорился и побежал следом с криком:"Стой, придурок!" Ну, как побежал…Поскакал, попрыгал. Так оно более точно.

Но расстояние было слишком большое. В ушах Геннадия свистел ветер и звенел счастливый смех прекрасной дамы. Велосипед, что говорится, летел вперед. И Генка с маман тоже летели. Пока ещё вместе с велосипедом. Сначала им даже нравилось. Они набрали скорость и с весёлыми смехом мчались вниз. Геннадий крутил педали, а маман сидел на раме, держась за руль. Ее волосы развевались, ветер бил в лицо. Светланочка Сергеевна снова чувствовала себя молодой и любимой.

Веселье стало заканчиваться где-то уже на половине пути. Когда велик развил приличную скорость, на дороге появилась какая-то местная бабка. Не понятно, почему так поздно, но она вела с пруда домой своих гусей. Гуси планов Геннадия о светлом будущем, естественно, не знали и несущийся велосипед явно не собирались спокойно пропускать. Они вальяжно переходили дорогу, не обращая внимания на приближающуюся опасность. Плевать гусям на Федькиного родственника с его внезапной любовью.

— Геннадий ! — кричала Светланочка Сергеевна — Тормози!

— Ща! Ох ты ж! Да как же оно? Не тормозит! Сука! — Кричал Геннадий.

Не понятно, кому именно предназначалось последнее слово. Конкретно госпоже Милославской, из-за которой вообще все началось, бабке, так не вовремя появившейся со своими птицами, или ситуации в целом.

Генка давил на педали, но это не очень помогало. Гуси неотвратимо приближались.

— Уходи! — Кричал глупой бабе и гусям Андрюха, несущийся сзади резкими прыжками.

— Сейчас я сильнее надавлю! Не бойтесь! — Принял волевое решение Генка и даже привстал, чтобы усилить давление на педали.

Когда он привстал, помимо тормозов оказалось, что и сиденье-то не очень держалось. Оно просто отвалилось и полетело на дорогу. Теперь романтичная пара мчалась на гусей без тормозов и без сиденья. Маман на раме, Геннадий стоя, опасаясь присесть, потому что вместо сиденья осталась одна труба. Генка точно знал, беречь в таких ситуациях надо не только перед, но и зад.