— Ты изменился… Сильно...— Протянула госпожа Милославская, изучая меня пристальным взглядом.

— А ты повторяешься. Уже слышал от тебя эту фразу. Расширяй свой словарный запас.

Я снова пошел вперёд. Андрюха молча скакал рядом. Он, конечно, в чем-то глуповат, но вот то, что лезть сейчас между мной и Светланочкой Сергеевной опасно для жизни, понимал прекрасно. А я, честно сказать, давно не чувствовал себя настолько злым. В этой, новой жизни, пожалуй, никогда.

— Что произошло с моим мальчиком? — Госпожа Милославская решила попробовать другой сценарий и начала разыгрывать из себя заботливую мамочку. Даже не смешно, честное слово. Она, наверное меня принимает вообще за идиота.

— Твой мальчик, подозреваю, сидит в доме без сладкого. Не зря же ты его в комнату загнала.

— Я не про Семена. Жорик, ты ведь мой сын. — Маман так увлеклась новой ролью, что в голосе зазвенели слезы.

Братец даже покосился на меня с осуждением. Типа, перебарщиваю. Нет! Ни хрена! Отлично понимаю, насколько она опасная и хитрая сволочь. Вон, Андрюха, прекрасно зная ее суть, хоть и с моих слов, уже повёлся на спектакль.

— Сын. Да. Есть такое недоразумение. Только в отличие от Сеньки, совершеннолетний и не дебил. Несмотря на фальшивый диагноз, который ты мне прилепила. Так что, давай, не будем устраивать этот цирк. Ты отправила меня в деревню, чтоб я вырос, поумнел, прекратил вести себя, как мажористое говно…

— Как кто? — Не выдержал Андрюха, услышав незнакомое слово.

Я шел быстро, поэтому братец изрядно запыхался. Ему приходилось махать костылями с удвоенной силой, чтоб успеть за мной.

— Действительно, Жорик, где ты набрался этой гадости? — Маман с чего-то решила, будто у нее появилась поддержка в лице Переростка и немного приободрились.

— Эта гадость увязалась за мной сама…

— Георгий!

Светланочка Сергеевна вдруг споткнулась, театрально взмахнула руками и упала. Правда, очень аккуратно, в траву, которая росла рядом с дорогой. Красиво упала. Как раненная лань. Подняла лицо, глядя на нас с Переростком огромными синими глазами. В них блестели слезы…

— Тьфу, ты…млять…— Я сплюнул на землю. Правда, в другую сторону. Не совсем же урод. — Вот не знал бы тебя, мамуля, поверил бы. Отвечаю. А теперь вставай и топай за мной. Если уж так захотела семейные узы закрепить. Ждать не буду. Уйду, а ты валяйся в траве, сколько угодно. Хоть до утра.

— Жорик…— Переросток толкнул меня локтем в бок.

Вид у него был расстроенный. Он с одной стороны помнил наш разговор и понимал, без нужды я бы не стал наговаривать на родную мать. Ну, то есть Милославский не стал бы. А с другой, очевидно — Андрюха повёлся. Зацепила его отличная игра Светланочки Сергеевны. Зачем она вышла замуж? Тут же МХАТ неумерший. Ей бы в драматической роли цены не было.