Тату на лице и руках, бритая голова, майка под кожаной курткой и серебряная цепь на шее. Нижняя челюсть выпирает вперед. А сама морда, как говорила моя бабушка про таких, кирпича просит.

— Я знаю, на кого ты работаешь, — сказал я и навалился на тачку спиной. Скрестил руки на груди.

Молчание. Тогда я заглянул внутрь и убедился, что тот смотрит.

— Я не знаю о чем ты говоришь, пацан, — ухмыльнулся лысый и харкнул в открытое окно.

— Ты работаешь на аристократов, так? — я вернулся в прежнее положение и готовился рассказать свою версию произошедшего.

— У тебя с головой не все в порядке, шкет! Проваливай!

Он достал сигарету и закурил. Гаишник смерил нас взглядом, но ничего не сказал. Ни мне, что я подошел к машине, ни тому, кто сидел в ней и дымил.

— Сейчас я расскажу, как все было. А ты меня, если что, поправляй, — я не стал дожидаться ответа и показал пальцем в сторону рынка. — Скорее всего Волга, на которой ты сбил мальчика, была припаркована вон там. Между «Окой» и «Газелью». Прямо за спинами бабушек, торгующих семечками.

— Интересная сказка, — огрызнулся лысый. — Кажись время быстрее пройдет. А то пока милиция приедет, состариться можно. Рассказывай.

— В машине ты сидел не один. Был еще кто-то, кто должен был показать тебе, как выглядит твоя жертва.

Я бросил мимолетный взгляд на арестованного и убедился в своей правоте. Поразительно, как люди не могут контролировать свои эмоции.

— Ну не один. Это что? Преступление?

Говорит. Это уже хорошо. А сказали молчит и давать показания не хочет. Еще один плюс быть десятилетним пацаном. Он явно сомневается в моих умственных способностях. Ладно. Поехали дальше.

— Твоей целью был некий…Константин Ракицкий. Он должен был приехать с той стороны. Сегодня его дебют за Динамо. Который не состоялся.

Тот издевательски хмыкнул. Я продолжал:

— Что он приедет именно на эту остановку сомнений не было. Потому что и его дом, и его школа находятся в той стороне.

— На пятерки учишься? — загоготал человек, сбивший Серого, но как-то резко сунул в рот сигарету и снова стал серьезным.

Я пропустил его комментарий мимо ушей и продолжил:

— План был такой. Дождаться мальчишку — раз. Высадить заказчика, когда тот покажет цель — два. Ударить по газам — три. Твоя основная задача состояла в том, чтобы не убить мальчика, а просто покалечить. Знаешь почему?

Я посмотрел на заключенного. Оскал хоть еще и сохранялся на его лице, но с каждой секундой сменялся недоумением.

— Потому что отмазать легче. Если не смертельный исход.

— Я. Не знаю. О чем. Ты. Говоришь, — снова ухмыльнулся бандюган.