— Да. Он уже звонил мне из школы.

— Отлично. Тогда поехали скорее.

Тот, с кем должна была договориться Жанна — Яблоньский. Он уже ждал нас в столовой, развлекая себя тем, что делал мучные шарики из сахарной плюшки и кидал их в ведро для отходов.

— Это правда? — Всеволод вскочил с места, едва мы вошли, и протянул руку. — До меня доползли слухи, что Кипяток так и не уехал в Питер. Ха! Его загребли люди из ОКМС!

— Правда, — улыбнулся я и пожал руку в ответ.

— Это просто отличные новости! — захохотал Яблоньский. — Так и надо этому уроду!

— Но я пообещал Антропову неприкосновенность. За то, что он помог нам.

— Так это Антропов сдал своего кореша?

— Да. И твое не совсем адекватное поведение сыграло нам на руку. Только теперь ты должен пообещать, что больше не тронешь иллюзиониста.

— Обещаю, — хмыкнул аристократ. — Он получил вчера свое. Если честно, я уже вчера весь вечер промаялся. Все думал, не перегнул ли палку.

Это позитивный момент. Значит Владлен, который засел в теле Яблоньского, не такой отмороженный, как его младший брат. По крайней мере, мне хочется в это верить.

— Хорошо, — я сел на стул и смахнул крошки со стола. — Жанна, ты есть хочешь? А то я голоден, как собака.

— Не особо, — пожала плечами моя подружка. — Могу сходить купить тебе что-нибудь.

— Если тебе не сложно… — попросил я.

После того, как заказ был сделан, а Клаус застряла в очереди у раздачи, я снова повернулся к Яблоньскому.

— Ты для этого меня позвал сегодня пораньше? Чтобы сообщить про Кипятка? — спросил он.

— И про это тоже.

— А что еще?

— Владлен. Как бы нам с тобой ни хотелось быть независимыми друг от друга, но мы оказались в одной лодке.

— Да ты меня и не напрягаешь особо. Мы, вроде как, друзья.

— Вроде как, да, — подтвердил я.

— Чем я могу тебе помочь?

Мне не очень нравилось иметь дело с аристократами. И вообще полагаться на кого-либо, кроме себя. Но сейчас Яблоньский был моим легким путем к тому, чтобы избежать крупных проблем. После того фокуса, который я провернул.

— Слушай, — я положил руки перед собой и постучал по столу пальцами. — Если сейчас следствию удастся довести дело до конца и отправить Кипятка на Казачью заставу, за мной начнется настоящая охота.

— Ты думаешь отец не спустит тебе этого с рук?

— Ни за что. Однажды он нанял человека, чтобы тот убил моего отчима. А тогда я был просто угрозой для его сына. Теперь все станет намного хуже.

— И что ты предлагаешь?

— Пока ничего. Мне нужно знать, что ты испытываешь к нему?

— К отцу? — Владлен в теле Яблоньского откинулся на спинку своего стула и взъерошил на себе волосы. — Слушай. Если у тебя есть какое-то ценное предложение, я готов продать папашу хоть сегодня. У меня есть причины его не любить.