— Я давно уже не Лехри, — ответила с твердостью мать. — На ваше счастье.

— Не пугайте меня, миссис Конмэл. Никто из ваших сильнейших мужчин…

— Прекратите, — оборвал я Кейна. — Мы уезжаем, и я надеюсь никогда больше вас не увидеть. Что никто из нас вас больше не увидит!

Я подтолкнул мать и Рианнон, кивнул на выход отцу.

— Постой, Руари, не так быстро, — сказал Джек Кейн мне в спину.

Я обернулся к министру, и его кривая усмешка мне не понравилась.

— Я должен сдержать клятву и освободить всех до последнего оборотня.

— Что это значит?

— А что бы ты выбрал сам, когда тебя спросили о долге и семье?

— Сберечь семью — это и есть мой долг. Но вы о каком долге?

— Пойдем со мной и узнаешь, — он пошел дальше по коридору вглубь Министерства.

За ним двинулся Итан и вооруженная охрана. Я переглянулся с О’Шэнноном и посмотрел на удивленную физиономию Фалви.

— Энгус, увезите их, пожалуйста…

— Нет, Руари, — Лиадан помотала головой. — Мы уедем отсюда или все вместе, или никто.

— Мам! — я бросил взгляд на отца, но и тот был настроен непреклонно.

— Я с вами, — сказал О’Шэннон. — Решил все-таки министр преподнести напоследок неприятный сюрприз. Вы, случайно, не знаете какой, сержант?

— Нет, — хмурясь отозвался Фалви. — Оживили Фэлана Артегала?

Я фыркнул, и мы поспешили нагнать Кейна. Большой грузовой лифт, в котором могло поместиться человек двадцать, унес всех нас куда-то глубоко под землю. Мы прошли три поста охраны за бронированными дверями. Сперва я подумал, что нас ведут по коридору, который вел в камеру Артегала, отчего почувствовал себя крайне неуютно от воспоминаний. Волосы у меня на мгновение даже встали дыбом. Но потом я понял, что ошибся. Коридор всего-навсего был похож на тот как две капли воды. А затем Кейн вывел нас на лестницу, и мы спустились еще на пару этажей вниз.

Снова пост охраны. Перед нами распахнули сперва одну дверь, а затем, через короткий буферный коридор, еще одну. Такую же тяжелую, бронированную. Джек Кейн застыл на пороге, потом приглашающе махнул мне рукой. Запах, ударивший в ноздри, едва не лишил сознания. У меня на миг потемнело в глазах, и я шагнул во тьму подземелья. За решетками, за магическим полем лежали десятки зверей, каждый в своей крошечной камере. На грохот открытой двери некоторые подняли головы, глаза засветились желтым, отражая свет, идущий с коридора. А потом кто-то завыл и тут же этот вой подхватили еще пятеро. Я стоял оглушенный этим воем.

— Руууууууари, — выли они. — Руууууууарииии!

Мне на миг пригрезилось, что я в лесу и рядом жмется стайка волчат. «Руари, спаси нас!» — их вой словно пробился из прошлого. На меня накатила дурнота, и я шагнул к одной из решеток, разобрав знакомый запах. Вой затих.