— Если ты сейчас о Хозяине, то Магра его искала и хотела с ним потолковать. Только не нашла, и на призывы он не отзывался.
Блаин нахмурилась.
— Я начинаю понимать, почему нас искала Магра, — сказала ведьма, понизив голос. — Она, верно, считает, что мы точно должны знать что-то о Хозяине, ведь мы жили в те времена, когда он управлял местными землями.
— И?
— Он давно мертв. Его убили… другие маги. Те, кто решил сотрудничать с людьми.
У меня на миг перехватило дыхание, а к горлу подкатился комок.
— Ты видела, как и кто? — прошептал я.
— Даже если бы видела, тебе бы не сказала! — Блаин вновь разозлилась.
— Брось, я никогда бы не растрепал об этом в полиции. Да там и без меня, наверное, знают.
— Может быть, и знают. Я не видела, Руари.
Я шагнул к ней вплотную, вынудив вжаться в стену, втягивая ее запах. Но она не лгала. Я отступил и, больше ничего не сказав, пошел прочь. Настроение снова сделалось скверным. Первым делом, выбравшись из подземелья, я позвонил Магре. Через двадцать минут она уже была в переулке Даудс-лайн. Я отрыл для нее тяжелый люк.
— Ты не пойдешь со мной?
— Желания нет. Мне тут подождать, чтобы открыть крышку, или сами справитесь?
— Справлюсь, — Магра изучала мое лицо. — Что случилось, Руари?
— Ничего. Просто в следующий раз, если захотите кого-то спасти, будьте более убедительны в своих доводах.
Четыре недели среди вересковых пустошей, в темной густой сени леса, у прозрачных горных ручьев. Одиночество — хороший повод, чтобы пересмотреть прошлое, разобраться в себе.
Я проматывал события минувших лет, как кинопленку, останавливался на некоторых отдельных эпизодах и все равно не видел других вариантов развития событий. Мне казалось, что я увяз в них, как муха в паутине, развешенной на сухом вереске, что ветки вереска дрожат от ветра, и каждая нить паутины тянет в свою сторону, грозя разорвать меня на части…
Фалви зашел в свой кабинет и застыл. Глаза его разве что на лоб не полезли, когда он увидел меня сидящим в кресле для посетителей около его рабочего стола.
— Руари⁈ Какого черта⁈ — заорал он.
Я молча смотрел на него.
— Где тебя носило, Конмэл⁈ Ты вообще о чем думал⁈ Ты понимаешь, что мне пришлось прикрывать твою задницу и делать вид, что ты никуда не исчезал? Целый месяц! Какого черта, а⁈ И хоть бы одного из своих дружков предупредил или семью! Я не знал, что думать и что делать. Особенно на фоне нашей поездки в Дублин.
Наверное, этот поток криков длился бы еще долго, если б я не спросил:
— Финн, а вы серьезно тогда про напарника говорили?
Он заткнулся. Хмуро глядя на меня, изучал.