Какой-то миг мне казалось, что гигант раздавит полицейского своей тушей. Но тролль, отпихнув Фалви, налетел на меня, вцепился лапищами в торс, и мы вдвоем покатились по осыпи в ущелье.
Тролль рычал от боли и ненависти, пытался подтащить меня к пасти, чтобы откусить голову.
— Предатель! Предатель! Предатель! — ревел он.
Наконец мы скатились со склона. Он снова попытался подтащить меня к пасти, но я упирался ему в мохнатую, словно свитую из канатов, грудь, а потом резко отпустил руки. Схватил его за спутанные, пропитанные жиром длинные космы и припечатал головой к камню.
— Ыхх! — издал стон тролль.
Его руки попытались раздавить меня, сломать грудную клетку.
— У тебя кишка тонка, урод, — рявкнул я.
— Людоед!
За «людоеда» я его еще раз приложил к камню. Взгляд тролля замутился, оскаленные зубы окрасились кровью. И вдруг он начал читать заклятие. Я сперва даже не понял какое — тело прошиб ток, а вокруг стали разрастаться золотые искры. Меня затрясло.
— Закрой свой рот! Закрой рот, я сказал! — зарычал я. — Я тебя вытащу отсюда, если ты заткнешься! Вытащу, клянусь! Только не зови Хозяина!
Тролль уже плохо соображал. Я захлопнул ему рот, потом еле свел вместе скользкие от крови и слюны губы, так как он пытался читать заклятие и сквозь сжатые зубы.
— Эй, ты меня понял? Ты меня слышишь?
— Да, — прохрипел он.
— И откуда вы свалились на мою голову⁈
Я оглядывался, соображая, что делать. Где-то далеко наверху еще некоторое время кричал Фалви. Его фонарь чертил линии по насыпи, но до дна ущелья, в которое мы скатились, не доставал. Самое главное, чтобы ему не пришло в голову спускаться сюда. Я прочел над троллем несколько оздоравливающих заклятий. Взгляд его прояснился, он сел, удивленно хлопая огромными желтыми глазищами. Я зашел ему за спину. Череп я ему конечно проломил. Через дыру было видно что-то серое.
— Не знал, что у троллей есть мозги, — заметил я. — Тебя как зовут?
— Корэн. Я думал, ты оборотень. А ты — маг.
— Мозгов все-таки нет, — констатировал я, нашел среди камней кусок кости, плюнул в него и приставил обратно к черепу. — Я оборотень.
— Почему колдуешь?
— Не твое дело. Встать можешь? Отлично. А идти?
Тролль сделал неуверенный шаг, пошатнулся и шлепнулся на зад. Идти он не мог.
— Ты клялся, — напомнил тролль, словно прочел сомнения на моем лице.
— Притворишься дохлым. Других идей нет.
— Хорошо.
— И будешь лежать молча и не дергаться, даже если кому-то придет в голову в тебя выстрелить. Ты это вытерпишь.
— Хорошо.
Я опрокинул тролля на землю, придав ему скрюченную позу. Вытянул ему одну руку, которая когтями загребала землю, отковырял обратно осколок кости. Зияющая на черепе рана, разметавшиеся окровавленные космы и залитые кровью плечи и земля выглядели вполне драматично. Я достал телефон, каким-то чудом оставшийся целым, набрал номер сержанта.