— Глуп и прямолинеен как шомпол, при этом мнит себя неотразимым и обаятельным светским львом, — ядовито произносит Ольга. — В его свите с десяток красавиц, а число благородных дам, побывавших в его постели, не поддается исчислению.

— Мне кажется, или я слышу в твоем голосе нотки зависти?

— Ко мне он тоже подкатывал, но я столько не выпью…

— Если бы ты сказала, что спала с ним, моя самооценка упала бы ниже нуля…

— Лучшие друзья женщин — это бриллианты, частенько они гораздо более важны, чем внешность или интеллект! — Ольга ерошит мне волосы на макушке. — Этим персонажем займусь я, а к тебе подгоню его уже тепленьким. Выпьешь с ним, поговоришь о девушках и спорткарах, и если произведешь впечатление, то окажешься на разнузданной оргии в Родовой Высотке Оранжевых!

— Появилась хотя бы какая-то мотивация присутствовать на этом балу!

— Верни кровь к мозгам, в нашем списке еще два десятка человек! — Ольга вскидывает брови и выразительно смотрит мне между ног.

— Позволь предположить, что следующая в списке — Княжна Нарышкина?

— И руки на стол положи! — девушка поворачивается к экрану. — Желтоглазая красавица и предмет влажных мечтаний всех юношей благородных кровей от тринадцати до ста тридцати лет включительно! Ходят слухи, что ее совершенная внешность — результат работы сильнейших целителей Великого Рода Желтых, но какое это имеет значение, если ты уже представляешь ее обнаженной⁈

— Обнаженной и на коленях! — не лезу за словом в карман я. — Надеюсь, что очаровывать ее придется мне⁈

— Уж потрудись как следует, но преуспеешь ты вряд ли…

— Это почему же?

— Едва ли она променяет Цесаревича на безвестного мальчишку, пусть даже и с фиолетовыми глазами! — Ольга вызывающе улыбается.

— Предложил бы пари, но мои мысли заняты другой особой!

— Советую выбросить их из головы, хотя бы на время Императорского Бала!

— Наследника и наследницу Романовых мне представлять не нужно…

— Хорошо, скажу лишь, что Цесаревич весьма умен и опасен, после разрыва помолвки с Воронцовой он начал появляться на публике с Нарышкиной, думаю, что скоро объявят о новом династическом браке…

— А что ты скажешь о его сестре? — спрашиваю я с максимальным безразличием в голосе, на которое способен.

— Хорошая девочка, но ее судьба незавидна — выдадут замуж по расчету…

— Претендент уже известен?

— А ты хочешь им стать? — на лице Трубецкой появляется ехидная усмешка.

— Ты меня раскусила, так что давай перейдем к следующему цвету радуги!

— Княжна Воронцова! — задумчиво произносит Трубецкая. — Из всех аристо нашего возраста с ней не переспал только ты, но даже в этом я не уверена…