— Как так? Я сам только в столице стал догадываться про тебя, что ты попаданец! До этого тебя хотел лишь по закону и с использованием административного ресурса обобрать как липку, то есть вернуть землю, обманутым путем и по дешевке купленную!

— Сейчас то всё, надеюсь, договоримся, а? Марат Робертович⁈

— Азамат, Герман, Азамат! Само собой, теперь договоримся, напополам если попилим. Было бы из-за чего спорить, сейчас у нас другая проблема — как мы дальше собираемся жить У тебя, небось, свое видение, как обустроить Россию?

— Я о тебе что-то не знаю разве⁈ — Искренне удивился я.

— Да не во мне дело, просто история уже начала меняться и причем непоправимо, — напустил тумана Марат-Азамат и шикнул. — всё, тихо, потом поговорим. Наломают дров со всей дури, прогрессоры, потом не расхлебаешь…

Заинтриговал донельзя, стоит ли говорить, что весь праздник прошел фоном — больше занимало то, что сказал Азамат. Перспективы и подводные камни в свете вновь открывшихся обстоятельств в голове крутились и с нетерпением ждал вечера, Александре и своим объявив:

— Вечером у нас деловой и приватный разговор с Азаматом, да ведь, Азамат? Не всё ведь обговорили⁈

— Да, всё так. — Без особого энтузиазма подтвердил он.

Что-то или мутит, или скрывает, дорвался директор туристической фирмы до прошлого! А ведь он и в наше время был к авантюризму склонен, на тот же Эльбрус два раза поднимался. И сплавы эти наши по весенним горным речкам — сколько раз чудом выплывали. А уж эта пещера Лаклинская не просто снится, а клаустрофобия самая натуральная после всего пережитого развилась.

Азамат, как я успел заметить — тоже мыслями витал в облаках, даже во время кулачного боя стенка на стенку на меня оглядывался. И ведь не поговоришь тут, придется ждать вечера и ещё отсидеть официальную часть ужина у Лугининых. В то время, как блины в горло не лезут…

Уже поздним вечером, определив прибывших с Азаматом на постой в особняке — поехали ко мне. Но тоже не вдвоем — со мной отправился Захар с двумя помощниками и Азамата сопровождали три товарища, весьма характерной наружности и при оружие. И заранее был отправлен гонец к Демьяну, с наказом топить баню и накрыть в предбаннике стол. Ну а пока, отъехали от сопровождающих подальше, чтоб не слышали нашего разговора, я оглянулся — вроде отстали и обратился к Азамату:

— Ну, колись давай!

— Прикинь, Герман, я когда в себя пришел после всего — не особенно удивился даже! — Начал «колоться» Робертович. — Вокруг суета и переполох, все по башкирски говорят, я вначале подумал, что на дискотеке в Тугузлах оказался, где и огребся, а сейчас только в сознание пришел! Повезло, что реципиент без памяти несколько дней лежал, чудом выкарабкался, получается. Ну а уж странности после такого мистического опыта удалось объяснить, в общем — удачно инфильтрация прошла. Отец настолько рад был, что я выжил, что мало кто позволяет себе вякать против. Я-то, бывший, то есть до вселения моего сознания сюда — совсем буйный и необузданный был, молодой и горячий. Хотя вот в многоходовке с киргизами моя прошлая репутация на руку сыграла, эх, жалко что мы раньше не встретились, Герман!