— А третий?
Милена обречённо покачала головой:
— Дней пять, не больше. Там уже отказывают органы.
А потом посмотрела снова прямо в черные выжидающие омуты. Почему-то страшно захотелось, чтобы этот малознакомый парень ее смог понять… и простить.
— Мне придется сказать об этом Зубру, иначе…
Договорить Милена не успела, так как на пороге появился «хозяин» собственной персоной.
— Ну, каков ваш вердикт, доктор?
— Эти двое пока поработают, — указала Милена на койки. — Если охрана не станет отлынивать и будет колоть препараты, которые я оставлю.
— Будут как миленькие, — кивнул Зубр. — Иначе семь шкур спущу. А с этим что?
Пришедший в себя во время купания мужчина сидел, привалившись спиной к стене. Словно понимая, что речь о нем, он устало открыл глаза.
Милена, не в силах произнести вслух приговор, лишь отрицательно покачала головой.
— Ясно! Мрак, кончай его и на выход.
______________________________________________________________________________________ Продолжение завтра в четверг 4 июня в 7,00 мск
Глава 11
В шахте, а потом и в изоляторе творился такой запредельный ужас, которого Таурохтар даже не мог себе раньше вообразить. Шок от увиденного оказался так силен, что князь, кажется, на некоторое время просто лишился дара речи. Отчаяние, боль, смрад, страх — все это буквально висело в воздухе и осязалось. Живот сводило спазмами, и Рох и сам не понимал как, однако пока еще справлялся и давил в себе рвотные позывы.
На фоне всего этого Милена, бесстрашно вошедшая к умирающим, принявшаяся без всяких приказов их мыть, обрабатывать раны, обследовать, казалась волшебной феей, сошедшей с небес. Ей не было места в этом кошмаре, как, впрочем, и на трибунах арены. Но она была и там, и здесь. И разум Таурохтара это никак не мог осмыслить. Хотя ее отношение к этим несчастным выглядело неподдельным. Ни один актер здесь, среди происходящей жути, каким бы талантливым он ни был, не смог бы притворяться. Князь не выдержал и, не особенно надеясь на честность, задал девушке прямой вопрос.
Ответ потряс его не меньше, чем творившейся вокруг ужас. Правда сложно укладывалась в голове, поскольку князь видел, как доктор спокойно перемещается по станции, как лебезит перед ней персонал и какие наряды украшают ее по субботам. Однако ее, прямо и открыто смотревшие темно-серые глаза не лгали. Милена тоже была несвободна.
То, как она держалась, с каким состраданием помогала больным, вызывало внутри Таурохтара почти благоговейное восхищение. Кажется, на несколько минут он даже выпал из реальности и просто стоял около нее, ловя каждый жест и взгляд. Одному из рабов не выжить. Милена попыталась что-то сказать князю по этому поводу, но тут появился Зубр, и кратковременное анестезирующее забвение разом оборвалось.