роман «Из архива миссис Базиль Э. Франквайлер, самого запутанного в мире» [27] , который Ламбиазе не читал. — Обязательно почитай, Ламбиазе, — говорит Майя. — Тебе понравится. Там девочка и ее брат убегают из дома… — Убегать из дома — это не шутки, — хмурится Ламбиазе. — Как офицер полиции могу сказать, что детей на улице не ждет ничего хорошего. Майя продолжает: — Они попадают в большой музей в Нью-Йорке и прячутся там. Это… — Это преступление, вот что это такое, — говорит Ламбиазе. — Если не взлом и проникновение, то уж точно незаконное вторжение. — Ламбиазе, — говорит Майя, — ты упускаешь суть. После дорогущего обеда в особняке они едут в Провиденс, чтобы заселиться в свою гостиницу. — Ты проведай Амелию, — говорит Эй Джею Ламбиазе, — а мы с малышкой, пожалуй, сходим в детский музей. Хочу наглядно продемонстрировать ей, почему прятаться в музее — это плохая идея. По крайней мере, после событий одиннадцатого сентября. — Ты не обязан этого делать. Эй Джей планировал взять Майю с собой, чтобы его визит к Амелии выглядел более непринужденно. (Да, он не гнушался использовать любимую дочь в качестве громоотвода.) — Да не смотри ты так виновато, — говорит Ламбиазе. — Крестные на то и нужны. Я твоя страховка. Эй Джей подходит к дому Амелии без малого пять. У него с собой фирменная сумка магазина «Остров», набитая романами Шарлин Харрис, бутылка хорошего мальбека и букет подсолнухов. Нажав кнопку звонка, он решает, что цветы — это слишком, и прячет их под подушками качели на террасе. Когда Амелия открывает ему двери, ее колено лежит на тележке-каталке. Гипс у нее розовый, и надписей на нем не меньше, чем в альбоме самого популярного ученика школы. На ней короткое темно-синее платье; вокруг шеи с небрежным изяществом повязан красный узорчатый платок. Она похожа на стюардессу. — А где Майя? — спрашивает Амелия. — Мой друг Ламбиазе повел ее в Детский музей Провиденса. Амелия склоняет голову набок. — Это ведь не свидание, верно? Эй Джей пускается в объяснения, но понимает, что его история о закрытом саде зеленых фигур звучит ужасно неубедительно — в какой-то момент он почти решается бросить сумку и бежать. — Я шучу, — говорит Амелия. — Проходите. В доме у Амелии тесно, но чисто. Ее гостиную занимает обитый пурпурным бархатом диван, небольшой рояль, обеденный стол на двенадцать персон, множество взятых в рамки фотографий друзей и родственников, несколько здоровых и не очень комнатных растений, одноглазый полосатый кот по имени Хмур и, конечно же, книги, книги, книги.