Так что помощи от вас никакой. Уходите. Амелия поднимается. Она выше Эй Джея сантиметров на десять, не меньше. — Но у нас же встреча. — Нет у нас никакой встречи, — возражает Эй Джей. — Нет, есть, — настаивает Амелия. — Я писала вам на прошлой неделе по поводу зимнего каталога. Вы ответили, что я могу приехать в четверг или пятницу после обеда. Я сказала, что буду в четверг. Обмен электронными письмами был коротким, но уж никак не выдуманным. — Вы агент? Амелия с облегчением кивает. — Напомните, какого издательства? — «Найтли». — В «Найтли пресс» работает Харви Родес, — говорит Эй Джей. — Когда вы писали мне на прошлой неделе, я думал, что вы помощница Харви или что-то вроде того. — Я его замена. Эй Джей тяжело вздыхает. — В какую компанию перешел Харви? Харви умер, и у Амелии мелькает идея цинично пошутить, назвав загробную жизнь компанией, а Харви ее новым сотрудником. — Он умер, — просто говорит она. — Я думала, вы знаете. Большинство партнеров уже знали. Харви был легендой, насколько торговый агент может быть легендой. — В бюллетене Ассоциации книготорговцев Америки был некролог и еще, кажется, в «Паблишерз уикли» [3] , — извиняющимся тоном добавляет она. — Я мало слежу за книжными новостями, — говорит Эй Джей. Он снимает очки в толстой черной оправе и долго их протирает. — Мне очень жаль, если для вас это удар. Амелия кладет руку на плечо Эй Джею, но тот отмахивается. — Какое мне дело? Мы были едва знакомы. Виделись три раза в год. На дружбу не тянет. И при каждой встрече он пытался продать мне что-нибудь. Разве это дружба? Амелия видит, что сейчас не самый удачный момент рекламировать Эй Джею зимний каталог. Нужно предложить ему встретиться в другой раз. Но ей вспоминаются два часа на машине до Хайанниса, восемьдесят минут по морю до Элиса и расписание паромов, которые с наступлением ноября ходят все реже. — Раз уж я здесь, — говорит Амелия, — давайте посмотрим зимний каталог «Найтли». У Эй Джея не кабинет, а чулан. Ни окон, ни картин на стенах, ни семейных фотографий на столе, ни безделушек — никакой отдушины. Пространство занято книгами на дорогих металлических стеллажах, из-за которых комната напоминает гараж, картотечным шкафом и древним, выпущенным чуть ли не в двадцатом веке компьютером. Эй Джей не предлагает гостье напитков, и хотя у Амелии пересохло в горле, сама она не просит. Она убирает со стула книги и садится. Амелия открывает зимний каталог, самый короткий и самый непритязательный в году. Кроме пары-тройки громких (или хотя бы перспективных)