Амелия объясняет, что недавно поменяла работу и все ее учетные записи полетели. — Да и сама идея знакомиться по интернету перестала меня привлекать. Возможно, это не мое. Последнюю фразу Бойд как будто пропускает мимо ушей. — Не хочешь еще раз увидеться? — спрашивает он. Для справки: на первом свидании новизна цирковых огней некоторое время отвлекала Амелию от факта, что между ней и Бойдом нет ничего общего. Но под конец ужина правда об их несовместимости была очевидна. Вероятно, пелена должна была спасть с глаз, когда они не сумели договориться об аперитиве, или когда в разгар вечера Бойд признался, что не любит «старье» — антиквариат, старые дома, старых собак и людей. Однако Амелия не спешила с выводами и поставила на Бойде крест только за десертом, когда на вопрос о книге, больше всего повлиявшей на его жизнь, он ответил: «Основы бухгалтерского учета. Часть вторая». Амелия вежливо отказывается. Она больше не хочет встречаться. Она слышит в трубке дыхание Бойда, частое и прерывистое. Она боится, как бы он не расплакался. — Тебе плохо? — спрашивает она. — Не надо меня опекать. Амелия понимает, что пора вешать трубку, но не делает этого. Ее разбирает любопытство. Какой толк в неудачных свиданиях, если о них нечего рассказать друзьям? — Прошу прощения? — Ты же видишь, я не сразу тебе позвонил, Амелия, — говорит он. — Я молчал, потому что встретил кое-кого получше. Но у нас не сложилось, и я решил дать второй шанс тебе. Так что не задирай нос. Улыбка у тебя приятная, это да, но зубы слишком большие, задница толстовата, и, хотя пьешь ты как двадцатипятилетняя, сей чудесный возраст для тебя уже миновал. Зря ты харчами перебираешь. — На другом конце всхлипывают. — Прости. Правда, извини. — Все нормально, Бойд. — Что со мной не так? В цирке ведь было весело, верно? И я не так уж плох. — Ты отличный парень. И в цирке было очень интересно. — Но ты по какой-то причине меня невзлюбила. Давай начистоту. К этому моменту причин не любить Бойда накапливается предостаточно. Амелия выбирает одну: — Помнишь, я сказала, что занимаюсь книгами, а ты ответил, что не любишь читать? — Ты сноб, — заключает он. — Кое в чем, пожалуй, да. Слушай, Бойд, я на работе. Мне пора. Амелия вешает трубку. Она не мнит себя красавицей, и ее совершенно не интересует мнение Бойда Флэнегана, с которым они все равно толком не разговаривали. Просто она его последнее разочарование. С ней тоже такое бывало. Ей тридцать один, и ее пугает, что она до сих пор никого не встретила. И все же… Оптимист в