ее по телевизору в сериале «Анатомия страсти». — Чем закончился случай, описанный в научной работе? — спрашивает Эй Джей. — Смерть. Два года, — говорит онколог. — Два хороших года? — Я бы сказал, один неплохой год. — А в сериале? — хватается за соломинку Эй Джей. Онколог смеется, и его сухой смех прорезает комнату бензопилой. Обхохочешься с этим раком! — Не думаю, что разумно строить прогнозы на основании мыльных опер, мистер Фикри. — А все-таки? — Кажется, пациента прооперировали, тот пожил еще пару серий, думал, что опасность миновала, сделал предложение своей девушке-врачу, схлопотал сердечный приступ, вроде бы не связанный с раком мозга, и в следующей серии умер. — М-да. — Моя сестра пишет для телевидения, и, по-моему, у телевизионщиков это называется трехсерийной дугой. — Значит, жить мне осталось от трех серий до двух лет. Онколог опять включает бензопилу. — Вы молодец. Не теряете чувства юмора. И предположение ваше, пожалуй, близко к истине. Врач советует немедленно оперировать. — Немедленно? — Ваши симптомы были замаскированы под малые припадки, мистер Фикри. Результаты сканирования показывают, что опухоль успела достаточно сильно разрастись. Я бы на вашем месте не тянул. За операцию надо отдать почти столько же, сколько ушло на первый взнос по ипотеке. Неясно, какой процент этой суммы покроет убогая медицинская страховка мелкого бизнесмена. — Сколько времени я выиграю, если сделаю операцию? — спрашивает Эй Джей. — Смотря сколько мы сумеем вырезать. Если получится чистый край, то десять лет. Если не получится, то, наверное, года два. Опухоли вашего типа неприятны тем, что имеют обыкновение вырастать заново. — В случае успешного удаления я останусь овощем? — Зачем сразу овощем? Мы не любим подобных терминов, мистер Фикри. Но речь идет о вашей левой лобной доле. Вероятно, у вас время от времени будут проблемы с речью. Усилится афазия и так далее. Но мы не будем переступать черты, за которой человек фактически перестает быть собой. Разумеется, без врачебного вмешательства опухоль будет расти, пока полностью не уничтожит речевой центр. Похоже, это так или иначе произойдет. Вопрос только в том, когда. Эй Джею почему-то вспоминается Пруст. Все думают, что он прочел «В поисках утраченного времени» целиком, и он никого не разубеждает, хотя на самом деле осилил только первый том. Да и то с великим трудом. И теперь ему приходит в голову: «По крайней мере, не придется дочитывать остальное». — Мне нужно обсудить это с женой и дочерью, — говорит Эй Джей. — Да,