Бум. Бум. Бум.

Химэдзима Джотаро, сидящий на энгаве в пяти шагах от поглощенного вечерней тренировкой мастера, прекрасно знал, что никогда и ни при каких обстоятельствах не сможет достичь такой мощи удара. Тут мало было Снадобья, тут нужно было посвятить себя сражениям на десятки лет, отточить до бритвенной остроты понимание кулака и удара, который им можно было бы нанести и, конечно же, в первую очередь, выжить. С последним было сложнее всего. Раньше, если верить рассказам сенсея, битвы были куда злее, но сами люди — гораздо добрее. Теперь все изменилось. Джотаро сомневался, что у него бы получилось выжить. Тем не менее, имя первого ученика додзё он носил без стыда, а право наблюдать за тренировками мастера не уступил бы никому. Даже ему .

— Ты вернулся, — констатировал человек-гора, нанося последний удар выполненной из стальной чушки макиваре. Взлетевшая вокруг мастера пыль, завертевшаяся коротким смерчем, не позволила ни единой своей пылинке осесть на кимоно Кирью.

— Я вернулся, сенсей, — встав с энгавы, Джотаро выполнил короткий поклон ученика мастеру.

— С вестями?

— С вестями, сенсей.

— Идем, расскажешь их за чаем.

Химэдзима вместе с парой парней из Сенко ездил на тайную встречу, организованную разными заинтересованными людьми со всей страны. Там, на этой встрече, был поднят и вопрос зарубы, случившейся на Аракаве… ну как вопрос? Уже не он, а, скорее последствия. Япония, настоящая Япония, выразила своё возмущение «эксперименту». Это не смогли проигнорировать.

— То есть, представители Комитета прямо-таки были? — удовлетворенно наклонил голову Горо.

— Да. От министра внутренних дел тоже, — кивнул Джотаро, отхлебнув чай, — Даже от Соцуюки.

— Соцуюки? — нахмурился огромный старик, — А эти мясники каким боком⁈ Только не говори…

— Здесь все не так просто, сенсей, — качнул головой первый ученик, — Пусть ваш внук и прав, это был жест отчаяния, но от признания этого факта сама проблема никуда не делась. Общая… глобальная. Её нужно было решить.

— И решили? — скептицизма в голосе Горо хватило бы на взвод скептиков.

— Отчасти, — наклонил голову главный ученик, и замолчал, собираясь с духом. Спустя пару минут он поднял взгляд на учителя, который ему давно уже стал приемным отцом, и бухнул, — Решили разделить сферы влияния! Все, кто не может себя прокормить, отходят государству!

— Поясни… — медленно и угрожающе пророкотал учитель. Его чело нахмурилось куда сильнее, чем обычно.

— Человек Соцуюки пояснил, что в Нихон не экспортируется достаточно высококачественных продуктов, чтобы содержать такую ораву «надевших черное», — понурился Джотаро, — А цены поднимать нельзя, сами понимаете. Поэтому, либо их берут на поруки, либо мы позволяем делать с этими новичками всё, что только угодно, либо в стране разразятся голодные войны. Третьего не дано, сенсей.