— Ну, допустим, — кивнул Бес.
— Ну вот. Это первичные планы.
— А дальше? Кто следующий?
— Ну, как я и сказал, начнем с того, что подомнем под себя игорный бизнес…
— Дай угадаю, вы собрались вырезать «Ахменидов»?
— Ну…«вырезать» — это громко сказано. Скорее я бы хотел, чтобы вы немного их пощипали, чтобы они даже не думали…
— Нет.
— В смысле «нет»? — опешил Авель.
— В смысле, что это наши союзники. Так что придется тебе с папой Лукой учиться сотрудничать с ними.
— Ладно, это ты с папой обсуждай, мне пофиг, — злобно процедил Авель. — У него на казино пунктик, мне это всегда казалось какой-то блажью.
Тапок поднялся с кровати и, зло зыркнув на Авеля, выдал:
— Так, с ацтеками мы разберемся. Тут проблем нет. Нам они тоже мешают.
— У вас три дня, — заявил Авель. — Через три дня сюда прибудет папа, так что не подведите.
Авель свалил, а Тапок, тут же скинувший весь свой фальшивый вид «самого больного человека в мире», развил кипучую деятельность.
— Так, Бес, вытаскивай Полоза, бери Юси и готовь группу. Нам надо закончить дела с Фаридом до того, как эти заявятся сюда. Папа Лука точно начнет вставлять нам палки в колеса, и нормально мы операцию не проведем.
— А как же тщательная подготовка и все прочее?
— Придется разок поиграть по другим правилам. Воспользуемся древним подходом, который исповедовали представители группы славян на старой Земле.
— Это каким же?
— Надо просто ввязаться в драку, а там разберемся.
Дождь. Непрекращающийся дождь с самого утра. Дымка, опустившаяся на город, от которой и без того мрачный город кажется еще более угрюмым. Зловещие улочки благодаря дымке приобретают эдакий мистический и чем-то пугающий вид.
Витрины и рекламы, подмигивающие вдалеке, размываются, заставляя гадать, что же там — магазин, кафе или аптека?
Свет проносящихся мимо машин и гравилетов размывается, конусы света растекаются, и лишь когда машина подъедет чуть ли не вплотную, размытое пятно света превращается в фары.
Лужи скрывают огромные ямы на дорогах, коварно поджидающих беспечных прохожих, серость города еще больше подчеркивается, а без того не лучший климат Нассара становится еще более влажным. Одежда словно прилипает к телу от влаги, в домах появляется грибок, который был на Нассаре задолго до появления людей. Он медленно точит бетон и камень, словно бы надеясь, что когда-то сможет уничтожить все и выгнать нахальных пришельцев со своего родного мира.
И дождь… Если он начался, то еще долго не закончится. Он будет самым разным — мелким, моросящим, затем станет проливным, потом будет косым и крупным, вновь станет мелкой мрякой, и это будет продолжаться долгие месяцы…