— Итак, у меня есть проблема, — вздохнул Тапок, — и я ее хочу решить сильнее, чем прикончить вас двоих. Так что спрашиваю пока по-хорошему: некто Санчез вам знаком?
— К-к-кто?
— Санчез, Ричард Санчез. Биолог.
Лица обоих выражали задумчивость.
— Н-нет, г-дин! Тут такого нет. Или он не представлялся.
Черт, а Тапок уже раскатал губу. Как бы все просто было, а?
— Но мы знаем! Знаем кого спросить! Вот только не бесплатно!
— И что же за валюта в тюрьме ходит, а?
— Сигареты, алкоголь, наркотики.
— Та-а-ак…и где их взять?
— Ну…тут есть варианты.
— Я весь внимание, г-дины ученые. Не разочаруйте меня, хорошо? А то я огорчусь…
Ученые оказались прямо-таки кладезем информации, правда, для ее фильтрации нужен был главный корабельный мозг или же аналитик ВКС со всеми своими терминалами-серверами: уж больно спешили сидельцы, до дрожи в пятках боящиеся Тапка, вывалить вообще все, что знали о тюрьме, о порядках в ней, о собственных связях. Мало того, весь этот нескончаемый поток спама они еще и регулярно забивали своими многочисленными уверениями в том, насколько они не при делах, насколько их подставило руководство «РоботЭкс», а сами они ни в чем не виноваты и занимались…тут был еще более нескончаемый поток совершенно ненужной информации.
Под конец у Тапка даже голова разболелась, настолько его загрузили. Но перебивать ученых он не стал, позволяя выговориться и рассказать вообще все, что в их головешках варилось и имелось.
Из всего этого вороха нужного и ненужного он выцепил следующее: курево и наркотики можно было достать через одного из охранников, тот посменно дежурил на всех пяти уровнях, причем за самые обычные кредиты, которыми можно было расплатиться, словно в магазине. Кредиты переводятся через терминал, который охранник таскал с собой.
Тапок даже фыркнул, услышав это. Если бы услышал такое на воле — не поверил бы. И это надо же, какая у этого «бизнесмена» маскировка грамотная — терминал переносной, а для крупных «транзакций» где-то на станции был терминал обычный. Тапок бы в жизни не догадался так просто и так тупо действовать. Ну а что — на терминал загнали деньги, ты с него снял на обезличенный чип, и вуаля! Твой собственный счет чист, как попа младенца.
Что касается цен, то тут охранник совершенно потерял скромность — они у него были не просто ломовые, а поистине космические. Но такие мелочи не останавливали людей, у которых сроки варьировались от десяти лет до пожизненного, и игнорировать возможность получить нечто, что доставит удовольствие или хотя бы облегчит прозябание здесь было бы глупо.