Войдя в зал, он прошел к небольшой трибуне и обвел взглядом хмурые лица подчинённых. В их глазах стоял немой вопрос: ради чего их кидают в этот ад?

Откашлявшись, он заговорил:

— Парни, мне так же, как и вам не нравится сложившаяся ситуация, но вы все прекрасно знаете, что приказ есть приказ — он сделал паузу, ожидая возражений, но их не последовало и он продолжил — нам приказано добраться до лаборатории С17 и найти труп грязного, что привезли две недели назад. Потом нам разрешено эвакуироваться, но не раньше. Всем все понятно?

Ответом ему была тишина.

— Ну, если всем все понятно, то за работу. Но еще раз напоминаю: приказано найти ТРУП!!! — он еще раз обвел своих парней взглядом и ему понравилось то, что он в них увидел.

Ждать долго не пришлось. Бойцы работали быстро. Короткий рывок, осмотр помещения и опять рывок. И вот они замерли у двери моего укрытия. Секундная пауза и в отсек влетает брусок плазменной гранаты.

— Вот…… — выругался я, уходя перекатом за массивный лабораторный стол — похоже, живым меня брать никто не собирается.

Вспышка взрыва ударила по глазам даже сквозь закрытые веки. Щит просел на шестьдесят процентов, а по телу пробежала нестерпимая волна жара. Кажется, я кричал. Ощущение было такое, словно на долю секунды в кипяток макнули. Затем все прошло. Или повреждения не были столь критическими, или автодок брони вогнал мне убойную дозу обезболивающих. В любом случае, разбираться было некогда. По отсеку веером прошла импульсная очередь, а следом кубарем вкатился один из противников. Встав на одно колено, он выставил ствол своего оружия и плавно водил им из стороны в сторону. Понятно, маскировка работает, они меня не видят.

— Ну суки я вам устрою… — прорычал я, активируя клинок и взвиваясь вверх в длинном акробатическом кульбите.

Время замедлилось. Аграф заметил движение и прочертил траекторию моего полета длиной очередью, но реакции не хватало, и он не успевал. Вспышки импульсных зарядов лишь пробивали облицовку стен в нескольких сантиметрах от меня. Турель на плече выплюнула сгусток плазмы и щит бойца бессильно полыхнул синей вспышкой, а на в его груди появилась дыра, не оставляющая и шанса на выживание. Второй противник, прикрывавший товарища из коридора, выпустил короткую очередь. Мой щит вспыхнул, теряя еще пятнадцать процентов мощности, а я, оттолкнувшись от стены, обрушился на него и вогнал клинок сверху вниз в район шейного сочленения брони. Конвульсии тела подо мной сообщили о том, что бой окончен.

Я сел на пол прижавшись спиной к стене и попытался успокоить рвущееся из груди сердце. Вновь прошел по самому краю. Недооценил противника и собственную значимость для него. Решил, что нужен аграфам живым и выбрал неверную тактику и это решение чуть не стоило мне жизни.