— Зачем окна так высоко?

— Так надо. Чтоб чужой глаз не увидел. Не важно. Смотри сюда.

Он откинул большой кусок серой, но чистой ткани, покрывавшей причудливые конструкции. Признаться, я не понял, что это, поэтому не был впечатлен.

— Ну что. Гляди. Помнишь, попросил отправить из замка все медные болванки?

— Ну…

Я всё ещё был огромным бараном, не понимая, к чему клонит верховный строитель города Николь. В рабочем городке, как его немедленно окрестили местные, полно странных механизмов и конструкций, здесь даже скоро будет своя большая плавильня, тут пилят, точат, собирают и куют абсолютно всё, что нужно для стройки. Дальше конюшня, которую горожане язвительно называют ослятник, потому что по большей части там ослы и мулы, в ней подковывают скотину. Есть станок для подрезки копыт. Каждый день на кузнях куют сырое железо, льют гвозди, под навесами стоят станки для ремонта и заточки лучковых пил, зажимы для ремонта топоров, крутящиеся точильные камни, на город их больше десяти, почти все с ножным приводом, так что мастер справляется один. Кузнецы, плотники, каменщики обросли учениками и подмастерьями, соревнуются между собой, вход в город украшают новые ворота, в одной из подсобок варят клей, смешивают масляную пропитку для долговечных деревянных изделий вроде тех же ворот, и, по секретному рецепту варят горную смолу для защиты от влаги. Я давно перестал следить, сколько всего создано, в основном руками аббата — для города.

— Ваша святость Михаэль, может, ты просто объяснишь? Ничего не понимаю.

Аббат засопел, воздел к небу глаза.

— Начнем с этой штуки. Покажу тебе в работе, поймешь. Вот медный прут, переплавленная очищенная медь, я добавил цинк, олово и германский фосфор, пришлось попотеть, но, клянусь кишками Римского Папы, выглядит красиво. Ярче золотого солнца. Так. Всё организовано, чтобы управился даже один человек. Гм. Я. Тут отмеряем кусок. Нужен очень точный вес. Это рубило, другого названия пока не придумал.

Михаэль продемонстрировал кованное лезвие, закрепленное к доске при помощи огромного рычага, которое одним взмахом ловко отрезало небольшой кусочек меди.

— Взвешиваем заготовку на алхимических весах. Хотя в последнее время ленюсь. Отклонение неизмеримое. Теперь эту заготовку отправляем в первый пресс. Вставляем в грубую форму. Запираем между двух стальных пластин. Убираем защиту от случайного падения. Так. Поднимаем ударник. Весит много, примерно с половину моего веса. Вращаем барабан подъемника, это, кстати, самое долгое. Закрепляем. Теперь эта тяжесть бьет…