— Договорились, Александр, можешь не переживать, я присмотрю за Алисой, — вместо девушки ответил дядя Степа, — ты справишься с этим вопросом?

— Справлюсь, — я медленно кивнул, — возможно, это будет чуть сложнее, чем обычно, но я же не зря сегодня перешёл на новый уровень, так? — подмигнув этой парочке, я припарковал автомобиль и покинул салон.

Никитин уже был тут, впрочем, как и Розен, и многие другие дворяне. Как хорошо, что они всё-таки дали мне клятву верности, и теперь у меня под рукой есть тридцать магов. Правда, почти все они мастера и подмастерья, но это не страшно, толпой они кого-нибудь да завалят.

— Доброй ночи, господин, — Иван встретил меня возле дверей коротким поклоном, — если можно считать эту ночь доброй.

— Не ерничай, Никитин, — я покачал головой, — все внутри или ещё ждём кого-то?

— Половина дворян только пока приехало, но остальные едут, будут в течение двадцати минут, — нарочито бодро доложил он, — что будем делать, господин?

— Воевать, — я пожал плечами, — а что, есть какие-то другие варианты?

Никитин ничего не ответил, но я прекрасно знал, воевать он не хочет, внутри него таится страх, сотня княжеских гвардейцев он считает приговором. Честно говоря, меня это бесило, но пока что я ничего не стану говорить, всё, что надо будет сказать, я скажу после боя. Открыв дверь, я пропустил сестру и дядю Степу внутрь, после чего уже вошел сам. В зале совета и правда пустовала ровно половина стола, а все, кто не относился к дворянству, сидели вообще в стороне от него, рассевшись по диванчикам и попивая что-то. Принюхавшись, я понял, что это кофе.

— Доброй ночи, ваша светлость, — ко мне подошел Муравьев.

Мэр выглядел уставшим, впрочем, ничего удивительного, последнее время он работает с утра до вечера.

— Доброй, господин Муравьев, — я пожал протянутую руку, — как самочувствие? Вы как-то плохо выглядите. Дядя Степа, займешься человеком? — я вопросительно глянул на старика, и тот, кивнув, подошел к нему и положил руку на плечо.

Это для воздействия на мага старику пришлось бы постараться, с обычными людьми же всё намного проще. Миг, и зеленоватое сияние накрыло Муравьева с головой, после чего внешний вид мэра тут же улучшился.

— Благодарю, ваша светлость, — он вновь поклонился мне, при этом почему-то опасливо косясь на дядю Степу, — что нам делать, господин? Я говорю про простых людей, тех, кто не умеет воевать. Гвардия Долгорукова славится тем, что обычно после них остаются одни трупы, — мэр поморщился, — я лично не хочу, чтобы простые люди погибали в этой войне.