— Прости, Линден, но где вы собираетесь спать и почему Анна до сих пор тебя не убила? — спросил Джон и облокотился о стену. После подъема по лестнице в колене заворочалась боль, а все стулья и кресла были заняты вещами.

— Она этого еще не видела. С утра здесь было получше, — признался Линден.

Он смахнул вещи с ближайшего стула, нацедил из кофеварки остатки кофе и протянул Ресселу стакан.

— Сядь и сиди, а я буду собираться. Мне нужно покончить с этим кошмаром до прихода Анны, иначе ты окажешься прав: она меня уничтожит.

Эту фразу следовало понимать буквально: Анна, спокойная и мягкая по первому впечатлению, много лет руководила бригадой из пятнадцати техников и знала больше ругательств, чем все они вместе взятые, так что иногда Линдену здорово попадало. Джон отхлебнул холодный кофе и подумал, что напарник поставил перед собой невыполнимую задачу. Линден, громадный и неуклюжий, кругами ходил по комнате, перекладывая вещи с места на место. В конце концов он уронил коробку с телескопом, и Рессел не выдержал.

— Послушай, ты бы решил для начала, что из этого всего вообще стоит взять с собой, а что — пожертвовать музею или вынести на помойку.

Об этом Линден давно подумал и сам, но идея расстаться с долей пожитков была противна его натуре. Воспользовавшись замешательством товарища, Джон взял дело в свои руки — вернее, начал раздавать указания: для непосредственного участия в укладке багажа у него слишком разболелось колено. В итоге вещи, которые решено было увезти в новый дом, поместились в три пластиковых короба. Все прочие предметы — лишнюю посуду, старые книги, надоевшие сувениры с далеких планет и другой хлам — Линден после долгих уговоров согласился отправить в общежитскую кладовку, откуда их могли забрать желающие. Друзья перебрались в освободившиеся кресла и по очереди пили заново сваренный кофе из одного стакана — остальные по недоразумению оказались упакованы. Комната наконец перестала походить на разграбленную лавку старьевщика, и это было очень кстати: со станции вернулась Анна.

Линден поднялся ей навстречу и порывисто заключил в объятия. Анна с улыбкой обняла его в ответ, ласково взъерошив ладонью его короткие седеющие волосы, потом повернулась к Ресселу и вместо того, чтобы задать дежурный вопрос о делах, просто сказала:

— Здравствуй, Джон. Какой ты уставший.

Повесив на крючок пропахшую топливом куртку и сняв тяжелые ботинки, она скрылась в санитарном блоке. Линден завозился с кофеваркой, бормоча под нос какие-то проклятия: в механизме застрял ковшик для молотых зерен. Путем сложных манипуляций его удалось вытащить, но тут из-под кофеварки полилась вода. Не найдя тряпки, Линден проворчал: