— Давайте посмотрим. Рессел, вот ваш коленный сустав. Назвать его состояние удовлетворительным — коллеги со мной согласятся, не правда ли? — совершенно невозможно. Кстати, Рессел, вы хоть сколько-нибудь разбираетесь в том, как он работает?

— Я изучал анатомию в школе. Это было давно. Не помню, что там говорилось о коленных суставах.

— Ладно, тогда я объясню попроще.

— Зачем?

Тонкая красная линия на спроецированном изображении в точности повторяла траекторию движения пера над планшетом. Джон разглядывал отчет вместе со всеми, а врач — по-видимому, он занимал еще более высокую должность, чем Сол, хотя и носил одежду без знаков различия, — заговорил с ним так спокойно и мягко, что Ресселу на миг стало неловко за свою нарочитую грубость.

— Начнем с хорошего. Если бы вы, Рессел, повредили колено не двадцать четыре года назад, а в наши дни, неприятные последствия, с которыми вы столкнулись, можно было бы минимизировать или вовсе предотвратить. Скорее всего, проблема решилась бы с помощью несложной операции по реконструкции сустава. Подготовка к ней включает подбор подходящего материала…

— К чему вы мне все это рассказываете? — раздраженно перебил Джон. — Из вашей лекции прямо вытекает, что с моим коленом уже ничего не поделать.

Врач снова улыбнулся.

— Рессел, вы делаете неверные выводы. У вас тяжелое дегенеративное заболевание сустава, и со временем оно будет быстро прогрессировать. С момента повреждения прошло слишком много лет, чтобы можно было вернуть вам полную работоспособность. К сожалению, некоторые процессы необратимы. Но я не говорил, что вам вообще нельзя помочь. Установка искусственного сустава — несложная операция. Она вернула бы вам возможность легко передвигаться и вспоминать о своем колене разве что при серьезных нагрузках или в плохую погоду. Установить этот сустав можно после определенной подготовки. Повторюсь, никаких сложностей. Я показал бы вам эту штуку, но не захватил образец.

У Джона промелькнула смутная тревожная мысль, связанная с перечнем противопоказаний к службе в грузовом флоте, но сосредоточиться на ней, продолжая при этом слушать врача, он не смог.

— Ваш случай типичен, лечение можно начинать по стандартному алгоритму. Но есть один важный вопрос, и нам его никак не обойти. Рессел, вы понимаете, о чем я?

— Не совсем.

— Перед сегодняшним освидетельствованием я просмотрел ваше личное дело. Пилот первого класса, один выговор и два незначительных нарушения за двадцать лет службы. Нельзя сказать, что вы случайный человек в профессии. У вас богатый опыт, вы отлично представляете специфику работы и тот образ жизни, который ведет пилот грузового корабля, регулярно совершающий дальние рейсы. Периодически вы подтверждаете знание правил техники безопасности и должностной инструкции, посещаете занятия по разбору аварийных ситуаций и так далее. Рессел, ответьте мне на один простой вопрос: будучи командиром экипажа, посадили бы вы за пульт вверенного вам корабля своего сослуживца, если бы знали, что страдает от последствий старой травмы и принимает мощные анальгетики?