— В любом, — ответил Каэль.
Торн закрыл калитку и кивнул.
— Дом ждёт. Это не меняется.
Мы пошли в сторону храма без лишних слов и без заученных фраз. Ночь прошла так, как я и хотела: без подготовки речей и с нормальным телом. Белая бумага утром только подтвердила, что ничего лишнего писать не стали. Этого было достаточно.
Весь день перед судом мы провели дома и никуда не выходили. Каэль починил ещё одну мелкую вещь на кухне. Торн перебрал бельё и сложил чистые рубашки. Я сидела в гостиной, пила чай и иногда смотрела в окно на тихий двор.
Утро суда началось без спешки. Мы позавтракали, оделись и вышли пешком. Карету не брали. До храма было недалеко.
— Пешком нормально, — сказала я. — Не на приём идём.
Каэль кивнул. Торн шёл с другой стороны. Папка с бумагами была у меня.
По дороге почти не разговаривали. Город шумел как обычно. Когда до площади оставалось немного, я остановилась у глухой стены переулка.
— Быстро, — сказала я. — Стоя. Снять злость заранее. Каэль.
Он понял сразу. Прижал меня к стене, задрал юбку и вошёл резко и глубоко. Торн стоял рядом и смотрел на улицу. Я стонала тихо в плечо Каэля. Оргазм настиг быстро и зло. Он кончил следом, коротко.
Мы поправили одежду и пошли дальше.
Площадь была уже полна. Двери храма стояли открытыми. Люди входили и выходили. Мы остановились недалеко от входа.
— Открыты, — сказала я. — Значит, ждут.
— Ждут, — ответил Каэль. — Идём, когда скажешь.
Я кивнула и посмотрела на открытые двери.
— Идём.
Завтрак прошёл быстро, но без беготни. Каэль налил чай. Торн нарезал хлеб. Я проверила папку ещё раз: письмо, лицензия, обе записки на месте.
— Пешком, — повторила я. — Карету оставляем. До площади двадцать минут спокойным шагом.
— Нормально, — сказал Каэль. — Не на бал идём.
Торн кивнул и взял ключ от дома.
— Закроем и пойдём. Вернёмся сюда же.
Мы вышли, когда до полудня оставалось больше часа. Улицы были уже оживлёнными. Никто не обращал на нас внимания. Я шла посередине, братья по бокам. Папка в руках.
Когда до площади оставалось совсем немного, я свернула в узкий переулок с глухой стеной.
— Здесь, — сказала я. — Быстро и зло. Стоя. Каэль. Снять всё лишнее до того, как войдём.
Он не стал спрашивать. Прижал меня спиной к стене, задрал юбку и вошёл сразу, резко и глубоко. Торн встал у выхода из переулка и смотрел на улицу, чтобы никто не свернул. Я стонала тихо, уткнувшись в плечо Каэля. Он двигался коротко и сильно. Оргазм настиг быстро, злой и яркий. Он кончил почти сразу после, с низким стоном, и тут же отстранился.
Мы поправили одежду за полминуты. Торн вернулся.