— Охота вам таскаться, — зевнув, сказала мама, хотела перевернуться на другой бок, но передумала, вспомнив, что с матерью спорить не следует…

…На улице солнце только готовилось вставать из-за дальнего леса, и ещё царил полумрак. В деревне уже кричали петухи, мычали коровы, прося утренней дойки, звенели вёдра, лаяли собаки, стоял тот самый деревенский шум, который отличает село от города. Город в это время наверняка ещё спал, наслаждаясь выходным днём. В деревне выходного дня не было: только работа каждый день.

Сегодня с утра было прохладно, сказывались холодные уральские ночи. И хотя до заморозка температура не опустилась, машину пришлось прогревать почти 10 минут.

Это время Арина решила потратить на разговор с бабушкой. Не сидеть же молча.

— А эмм… вы не боитесь, что у вас машина стоит на улице, а не в охраняемых гаражах или на платных парковках? — вежливо спросила Арина.

— А что ей будет здесь? — усмехнулась Антонина Никифоровна. — Да и какие у нас тут в деревне охраняемые гаражи??? Мы тут, милая, по-простому живём, по-деревенски…

— Ну, наверное, тут могут украсть магнитолу… — Арина посмотрела на металлическую панель УАЗика и увидела, что на ней нет никакой магнитолы, да и громадные кнопки с ручками оторвать можно было лишь с большим трудом. Ещё бросилась в глаза примечательная вещь которая, была заметна сразу: в её времени даже у людей абсолютно неверующих в бога и не обладающих даже зачатками совести, в машине всегда висела икона, а то и несколько штук. У бабушки не было ничего. В СССР в бога не верили.

— Или даже угнать, — скомканно закончила она, понимая, что доводы так себе.

— Не говори глупости, Люська, — решительно ответила бабушка. — Я всех хулиганов наизусть знаю, да и нет у нас такого, чтобы что-то угоняли. Что ты сделаешь с этой машиной? Никуда ты её не денешь и ничего не сделаешь, да и много неприятностей может быть, от милиции до…

Антонина Никифоровна показала кулак, который был для женщины довольно увесистым. Наверное, это был весомый аргумент для вероятных угонщиков…

На самом деле Арина опять хотела спросить бабушку о своём деде, но как человек, знающий этикет, да и просто вежливая девушка, она понимала, что не стоит бабушке с утра портить настроение. Вдруг эти воспоминания для неё причиняют боль. Однако бабушка сама затронула эту тему.

— Мой Лёнька, когда был живой, всю деревню здесь к порядку приучил! — уверенно сказала Антонина Никифоровна.

— Хороший человек был, — осторожно сказала Арина.

— Тебе-то откуда знать, хороший или нет, тебя ж не было! — рассмеялась Антонина Никифоровна. — Говорила я ему: «Зачем ты едешь туда?» Нет, упёрся рогом, упрямый, как баран, в деда своего. Хоть по башке бей. Надо, говорит, интернациональный долг коммунистическим корейцам отдать, а то их там американцы уничтожать будут и капитализм вводить.